Клише наоборот

Ворох рассыпанных по асфальту бумаг, чьи-то крики и ужас в глазах прохожих.

Фура, сбившая мотоциклиста и спешившего на работу мужчину, была ни в чём не виновата. Она всегда была лишь инструментом.

Её судьба и движения зависели от рук человека: сначала – от того, как её соберут; затем – от того, как будут обслуживать и заботиться; после – от водителя, управляющего ей. То ли водитель не справился с управлением, то ли обслуживание было сделано на скорую руку, однако авария произошла.

Вот только расследование зашло в тупик, потому что фура исчезла. Водитель остался, припечатавшись задницей к асфальту, пострадавшие тоже, им уже оказывали первую помощь, а вот фуры не было.

– Ха-ха, наконец-то грузовик-кун тоже испытает на себе прелести попаданчества! – пронеслось над головами столпившихся людей.

Все мысленно покрутили пальцем у виска.

***

– Грузовик-кун! Рады приветствовать тебя в нашей скромной обители! Мы так долго тебя ждали! – радостно прощебетал дедулька с внушительной длины бородой и ярко-синими глазами. – Я Клавдий, уборщик. Сегодня у всех выходной, поэтому мне досталась честь приветствовать тебя.

Грузовик оставался безмолвен:
– …
– Мы решили, что о тебе недостаточно заботились, поэтому теперь ты здесь. Ты благодарен нам? – старик закашлялся. – А, точно, тебе необходимо обрести возможность говорить. В этом мире пригодится. А ещё вот тебе начальный капитал – билет на местный поезд и путеводитель. Советую в первую очередь отправиться к колдуну или ведьме, чтобы тебя зачаровали в более компактный вид. А то тяжело придётся.

Раздался неодобрительный гудок.

– Ха-ха, я надеюсь, что ты со всем разберёшься. Пока-пока! Мне нужно ещё прибраться. А то вон сколько грязи с твоих колёс. Удачи в новом мире, Грузовик-кун!

Дедуля щёлкнул пальцами, фура исчезла и через несколько минут появилась на дороге в абсолютно другом месте, распугав местных лошадей и пастухов. Где-то на горе кашлянул дымом дракон.

Если бы Грузовик-кун мог, он бы вздохнул, ведь у него не было глаз, чтобы посмотреть путеводитель, который покоился на сидении. А в билете не было смысла, пока у него оставались колёса и огромные размеры. Поэтому Грузовик двинулся вперёд, заправленный, видимо, магическим топливом.

– Фу, ну он и пердит, – неодобрительно заржали лошади.

***

По дороге Грузовик-кун встретил калеку, которому помог добраться до дома. И собаку, потерявшую дом (в итоге её забрал маленький мальчик, прослезившийся от счастья). А ещё – колдуна, который давно отказался зарабатывать честным путём и занялся воровством, грабежом и разбоем. Когда он попытался украсть путеводитель и билет, дверцы фуры захлопнулись, а скорость развилась до 110 км/ч.

– Ч-ч-чт-т-то т-ты-ы х-х-хоч-че-еш-шь? Я в-всё сд-де-ела-аю… ю… – колдун изо всех сил старался не откусить себе язык, подпрыгивая на каждой кочке и перекатываясь с сидения на сидение.

“Дай мне возможность видеть и говорить. Я хочу жить в этом мире. Мне нужны размеры, при которых я смогу свободно сосуществовать с местными”.

Колдун нахмурился, обрабатывая просьбу Грузовика-куна.

– Л-ладно, т-т-тольк-к-ко ос-тан-нов-в-вись.

Через несколько километров грузовик остановился, но колдуна не выпустил.

Колдун сосредоточенно проводил ритуалы двое суток почти без перерыва.

И наконец-то фары стали глазами, а посредством включения магнитолы получилось разговаривать. Но вот с размерами… колдун сказал, что легче было бы физически переделать фуру, чем колдовать. Но никто в местной деревне не сталкивался с подобным. По крайней мере, колдун не знал таких.

Всё, что он смог, – отцепив прицеп, уменьшить высоту кузова до двух метров, уменьшить глубину; а местные кузнецы помогли сделать нечто наподобие рук. В итоге Грузовик-кун стал напоминать огромное странное насекомое на колёсиках.

– Тебе стоит отправиться в столицу. Там быстрее развиваются технологии. Думаю, там тебе помогут. По крайней мере, теперь ты сможешь лёжа влезть в поезд, – колдун пожал плечами. – Заодно расскажи всем, что тебе помог Фелиций. Вдруг послужит рекламой. Пусть отправляются за помощью в деревню Шанси и берут побольше денег.

Грузовик-кун механически вздохнул.

– Спа-си-бо, – отчеканил он и, развернувшись, уехал в сторону вокзала.

Колдун так ничего и не украл у него. Видимо, решил, что и так красть нечего… а вот брошенный прицеп можно бы и продать.

***

Долго ли коротко ли ехал, лёжа в одном из вагонов, Грузовик-кун, да добрался наконец до конечного пункта назначения – столицы.

В Камероне царил период лютого технологического прогресса, если сравнивать с деревнями и иными районами. Поэтому Грузовик-кун не чувствовал себя чужим, кроме момента, когда несколько громил помогали ему выбраться из вагона поезда.

Теперь нужно было разобраться, куда податься дальше. Кое-как Грузовик-кун смог выспросить, где ему окажут помощь с настройками такого необычного существа.

Один из отвечающих на вопрос похлопал его по кузову и сказал:
– Эх, брат, как хорошо, что ты ничего не чувствуешь.

Но Грузовик-кун не понял, что имел в виду человек. Если это то, что помогло бы ему гармонично существовать в этом мире, почему лучше, чтобы у него этого не было?

***

В центре реабилитации механических существ Грузовика-куна подлатали, и он смог говорить без запинок и помех. Как-то сильно видоизменять свой внешний вид он отказался.

Фелицием никто не заинтересовался, посчитав его дилетантом, который, впрочем, не так уж плохо справился.

Грузовика-куна устроили на подработку уборщиком в кафе. Сказали, что смогут повысить до официанта, когда увидят, что он хорошо справляется с собственным телом. Грузовик-кун впервые работал сам. Он снова был инструментом, только как будто бы по собственному желанию. Хотя желаний у него не было. Он выполнял это потому, что дни как-то нужно было коротать.

Различные существа с абсолютно разными голосами, разрезами глаз, формой губ, телами приходили и уходили. Грузовик-кун не умел привязываться, а поэтому ко всем относился одинаково и хорошо выполнял свою работу, вскоре став официантом, а потом и адмнистратором зала. То, что брань недовольных клиентов не выводила из себя Грзовика-куна, было большим плюсом для руководства.

Деньги попаданец тратил на обновления внешнего вида и внутренних настроек, а ещё иногда дарил что-то постоянным клиентам. Постепенно он стал замечать, что каждый их них улыбался или радовался определённым вещам, а это значит, что, если он мог подарить нечто такое, была вероятность вызвать у них ещё больший прилив радости. Так Грузовик-кун становился особенным для некоторых посетителей.

Шли годы, но он этого не замечал.

Однажды Грузовик-кун встретил постаревшего и осунувшегося Фелиция. Они смогли поговорить о многом, и это тоже оказалось чем-то особенным. Разделять с кем-то общие события из прошлого.

– Ты никогда не думал вернуться обратно? – поинтересовался Фелиций.
– Нет, – честно ответил Грузовик-кун.
– Тут легче?
– Нет. Тут так, как есть, а там было по-другому. Я не думал о том, чтобы вернуться. Потому что здесь меня всё устраивает.
– Вот оно как. Наверное, ты счастливый.
– Я не могу испытывать счастье, – Грузовик-кун развёл механические руки в стороны. – Но это тоже не плохо. Просто так есть. Однажды технологии позволят и это.
– А магия?
– Думаю, магия уже способна на это. Но я никогда не искал того, кто бы помог мне почувствовать.
– Давай я попробую? – усмехнулся Фелиций.
– Пробуй. Ты когда-то помог мне. В этот раз всё тоже может получиться. Ты всё так же воруешь?
– Иногда. Но работаю теперь в мастерской. Чиню разные магические артефакты.
– Звучит неплохо.
– Тс-с-с…

Фелиций коснулся боковины Грузовика-куна и замер, его губы едва заметно шевелились. Грузовик ощутил дребезжание, затем что-то внутри него щёлкнуло, и на несколько минут он провалился в тихое и тёмное Ничто.

А потом… воскрес?

***

– Мне хочется бесконечно кружиться на месте и подарить весь мир этому созданию. Как это чувство называется?
– Пожалуй, это радость. Если более сложное, то любовь, – усмехается Фелиций.
– Ага. А когда хочется переехать ногу грубому посетителю?
– Злость.
– Хочется быть подальше от шума и посетителей?
– Хм, усталость?
– Хочется развалиться на части?..
– Возможно, грусть.

Прошла уже неделя с колдовства Фелиция, и Грузовик-кун задавал всё больше вопросов. Что-то он чувствовал, пусть и не в той мере, как ощущают люди.

Это было странно и в некотором роде мешало. Зато делало будни разнообразнее.

Фелиций смеялся и говорил, что, пока иные ищут спокойствия и умиротворения, Грузовик-кун старается познать как можно больше ощущений из доступной палитры.

А где-то в другом мире в это время один дальнобойщик пытался уже который год понять, куда пропала его многострадальная фура.

Думая о приобретении другой, он твёрдо пообещал себе позаботиться о ней получше.