Глава 52.

Когда Фэй Ни проснулась посреди ночи, свет в комнате еще горел. Она обнаружила себя лежащей в постели Фан Муяна, укутанной его одеялом. Инстинктивно она коснулась уголка рта — нижняя губа, будто покусанная, немного побаливала. Пальцы скользнули к верхней пуговице рубашки: она была на месте. 

Когда ее рука двинулась к воротнику, она не могла не заметить кольцо на своем пальце — изумрудное кольцо в обрамлении бриллиантов, которое делало ее пальцы еще тоньше и изящнее. 

Рядом с ней никого не было, только пустая подушка. Днем две подушки лежали рядом специально для незваных гостей. 

Оглядевшись, она увидела Фан Муяна, сидящего к ней спиной и, вероятно, что-то рисующего. 

В голове Фэй Ни крутилось множество вопросов: почему она лежала в постели Фан Муяна? Почему на ее пальце было кольцо? Все, что она могла вспомнить, — это то, что Фан Муян чистил для нее крабовое мясо и что она выпила пару лишних чашек вина. 

Прежде чем задать какие-либо вопросы, она откинула одеяло, села на кровати и стала искать свои тапки. Она смутно понимала, что произошло: скорее всего, она была пьяна, и он не смог уложить ее на верхнюю койку, поэтому просто позволил ей занять свою кровать. 

Ей было немного неловко из-за того, что она напилась, а Фан Муян все еще не ложился спать. Если бы он лег спать на ее верхней койке, она бы ничего ему не сказала. Фэй Ни почувствовала, что ранее неправильно поняла Фан Муяна: он был далеко не так опасен, как она себе представляла. Она была пьяна, но он не только не воспользовался ее положением, не только не заснул с ней в одной кровати, но даже не занял пустую верхнюю койку без ее разрешения. Вместо этого он рисовал так поздно ночью. Ее захлестнул поток эмоций. Еще вчера в душевой она мучилась, думая о том, стоит ли отказать ему и как это сделать, если он будет снова к ней лезть. Теперь она покраснела от своих излишних размышлений... О чем она только думала? Однако, поскольку действие алкоголя закончилось, легкий румянец на ее лице был менее заметен, чем до этого. 

Фан Муян услышал стук тапочек и понял, что Фэй Ни проснулась. Обернувшись, он увидел, что румянец на ее щеках слегка поблек, а волосы все еще были взъерошены от того, как он их растрепал ранее — он решил, что она забыла об этом, и не собирался в этом признаваться. Улыбнувшись ей, он сказал: 

— Еще даже четырех нет, поспи еще немного.