Глава 1
Глава 1. "Кошачье несчастье"
Мы тянули его за пушистый хвост и громко смеялись, кошачий крик эхом расходился между листьями молодых берёз. Когда мы сидели за парком в небольшом лесном участке возле озера, стрекозы щекотали нас крыльями, пытаясь остановить безобразие. Дети жестоки, они не понимают границ дозволенного. Я была тем самым ребёнком, который предпочитал насилие над всем слабым, но я никогда не могла представить, чем это обернётся.
- Мара, давай на дерево подвесим? - сказала Каролина, держа кошку за хвост. Она махала лапами и скулила, пытаясь приподнять тело, чтобы исчезло натяжение с хвоста. Белая кошка с чёрным хвостом - окрас, который должен был завораживать, но люди решили иначе.
Я задумчиво постояла пару минут, приблизилась к кошке и взглянула ей в глаза. Зелёные изумруды жалостно смотрели на меня, но я будто бы не могла испытать соответствующей жалости.
- Каролина, а что, неплохая идея. Мара, так что? - спросил мой друг Адам, тыкая в кошку маленьким грязным пальцем. Из-под его ногтей торчали травинки, он ковырял руками ямку для кошки прямо возле болота.
- Давайте, - сказала я, сжав молочные зубы, как в тиски. Что-то внутри хотело остановить это, но стадный инстинкт был частью сохранения чести среди сверстников. Они подтянули кошку выше к дереву, но она тут же укусила Адама за предплечье, оставив две сквозные дырки‚ она выскочила из рук и намеревалась бежать. Под звуки кошачьего визга и вопли Адама я услышала слова Каролины, которые эхом отбивались в ушах в течение всей моей жизни:
- Мара, добей её.
В голове туман от испуга, я взяла булыжник и точно попала в цель. Кровавые брызги окутали мою розовую футболку, а Каролина взглянула на меня с ухмылкой. В эту секунду я поняла одну важную вещь: я буду жалеть об этом всю свою жизнь. На крики Адама прибежала соседка, чью кошку мы безжалостно погубили.
- Что за крик? О боже... - Тётя Харинсон уткнулась взглядом не в рану Адама, а в лежащую под булыжником кошку, после чего посмотрела на меня. Я стояла неподвижно, приподняв руки в локтях, вся в алой крови и со взглядом испуганного ребёнка.
- Ах ты малолетняя падаль! Это же моя кошка! - Харинсон в зелёном фартуке и с «седым гнездом» на голове выглядела как ведьма‚ её потемневшие от старости глаза превратились в два круглых шара, чьи орбиты вылезали в безумном обороте. Она схватила меня за ухо и протащила через двор, мои ноги спотыкались о камни, оставляя небольшие ссадины. Подойдя к двери, она кинула меня на бетонную плитку и начала агрессивно ломиться ко мне в дом, вызывая мою маму.