Лучшая сталь Гарахрота
Стоило им выйти из душного ателье, как порыв свежего ветра ударил в лицо, мгновенно смывая частички пота, что успели выступить на время художественного акта экспрессионистского творца. Дышать стало легко и приятно, а в карманах, приятно оттягивая ткань, позвякивало несколько золотых монет. Жизнь налаживалась.
— Мы — само воплощение искусства, Потужнич, — изрёк Лева, щурясь на солнце.
Потужнич хрюкнул в ответ.
— И в кои-то веки, — добавил он, похлопав себя по боку, — у нас есть на что погулять.
Покончив с натурщицкой сессией, они бесцельно бродили по извилистым улочкам города. Потугрики в кармане вызванивали бодрую, многообещающую мелодию, и этот звон будоражил воображение.
— Что будем делать с этим несметным богатством? — спросил наконец Потужнич.
— Нужно оружие, — твёрдо сказал Лева. — Не хочется снова остаться в одних трусах.
— Бери выше, друг мой. Как бы нам с тобой вовсе не остаться с голой задницей. Пойми меня правильно: мы только что заработали неплохие деньги, и спустить всё до монетки на оружие — не самое мудрое, как по мне, решение. Мы, конечно, можем, под стать Гудвину Робинсу, знаменитому грабителю, устраивать облавы на большаке. Но, учитывая твой, скажем так, скромный рост и мою не слишком внушительную комплекцию, задача эта будет крайне трудной. Хотя, не спорю, справься мы — и вошли бы прямиком в легенды. Я предлагаю иначе: задержаться в этом городе, придумать пару-тройку тёмных делишек, сколотить капитал побольше, а потом махнуть за лучшей жизнью прямиком в королевство Кильфатур.
— Тоже не вариант, — покачал головой Лева, и в его голосе прорезалась жесткая, непривычная нота. — Пойми меня, Потужнич. Я тебе не говорил, но незадолго до нашей встречи меня схватили культисты. Они чуть не принесли меня в жертву какому-то Смотрителю. Мне жизненно необходимо оружие и хотя бы базовые навыки обороны. Меня уже дважды подвело их отсутствие. Культисты и лесные бомжи, напоминаю.
— твою мать!!! — тихо выругался себе под нос кабан.
Так, за жарким спором, сама судьба привела их к кузнице с покосившейся, но крайне пафосной вывеской:
«ЛУЧШАЯ СТАЛЬ ИЗ ВЫСОКОГО ГАРАХРОТА, ОБИТЕЛИ ГНОМОВ».
Изнутри доносился тяжелый, ритмичный звон молота и раскатистый, громыхающий смех, от которого дрожали стекла. Они шагнули внутрь, и в ту же секунду им в лица полетел сноп оранжевых искр. За ним — второй.