## Глава 24. Внутренняя геометрия
### POV Амелия
Субботний зной вползал в особняк медленно, плавя остатки утренней прохлады. К полудню воздух в доме стал плотным, наполненным ароматами нагретого дерева, старых книг и тонким, едва уловимым запахом жасмина, росшего под окнами гостиной. Марта уехала, и особняк казался огромным, выброшенным на берег китом, в утробе которого остались только мы двоих. Безмолвные, оглушенные собственным присутствием.
После утреннего взрыва на кровати я сбежала в свою студию. Мне нужно было заземлиться. Нужна была опора под ногами, физическое ощущение текстуры холста, сухость угля между пальцами - хоть что-то, что могло вернуть мне контроль над собственным разумом. Но руки не слушались. Линии выходили рваными, неуверенными, словно я разучилась управлять собственными пальцами. Каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела антрацитовый блеск глаз Маттео и чувствовала его тяжелое, твердое тело, впечатанное в мой пах.
Я стояла у окна, прижавшись лбом к прохладному стеклу, когда дверь студии открылась.
Маттео вошел без пиджака. Его белая рубашка была расстегнута на три пуговицы, рукава небрежно закатаны, а в руке он держал тарелку с нарезанными фруктами и стакан ледяной воды. Он выглядел домашним, но от этой домашности веяло такой скрытой, хищной силой, что у меня мгновенно перехватило дыхание.
- Твой обед, Борсо, - произнес он, ставя тарелку на край маленького столика для красок. Он подошел ближе, останавливаясь в шаге от меня. - Ты не прикоснулась к еде внизу. Я предупреждал.
- Я не голодна, Маттео, - тихо ответила я, не оборачиваясь. Я смотрела на верхушки деревьев в саду, чувствуя, как внутри разрастается знакомая, вибрирующая струна напряжения. - В этой комнате слишком жарко.
- Тогда почему ты не откроешь вторую створку? - его голос прозвучал совсем близко, у самого моего уха.
Маттео протянул руку мимо моего плеча и толкнул деревянную раму окна. В комнату ворвался поток горячего ветра, шевельнув подол моего легкого шелкового халатика - единственного, что я накинула на голое тело после душа. Я вздрогнула, когда его грудь мягко прижалась к моей спине. Сквозь тонкий шелк я ощутила каждый контур его крепкого торса.
- Ты дрожишь, Амелия, - прошептал он, и его ладони легли мне на талию, медленно разворачивая меня к себе лицом.