Ближе к краю

Вечер в «Невермор» тянулся вязко и тревожно. Венсдэй была занята расследованием новой загадки, а её брат Пагсли приехал в академию всего на несколько дней — вроде как «навестить сестру», но на самом деле скрывался от очередных неприятностей, в которые вляпался дома.

Юджин Оттингер, как обычно, проводил время у своей пасеки. Тёмные силуэты ульев выглядели угрожающе на фоне заката, но для него это место было спокойствием и безопасностью.

Именно там он заметил Пагсли. Тот стоял чуть в стороне, наблюдая за пчёлами так, словно видел в них что-то большее, чем просто насекомых.

— Ты не боишься? — осторожно спросил Юджин, снимая защитную маску.
— Боли? — ухмыльнулся Пагсли. — Нет. Её я знаю слишком хорошо.

Эта фраза почему-то задела Юджина глубже, чем он ожидал. Он привык, что Венсдэй общается с ним холодно, но прямо. А вот её брат был другим — вроде бы простоватым, но с какой-то странной, тёмной искрой внутри.

— Пчёлы могут ужалить, если почувствуют страх, — сказал Юджин. — Но если довериться им, они становятся союзниками.
— Как люди, — отозвался Пагсли. — Только люди жалят сильнее.

Между ними повисло молчание, наполненное лишь жужжанием ульев. И в этой тишине у Юджина появилось ощущение, что он нашёл в Пагсли что-то сродни самому себе: одиночество, спрятанное за маской.

Когда солнце окончательно скрылось, Пагсли неожиданно протянул руку к улью. Юджин уже хотел остановить его, но пчёлы не тронули парня — они просто обвились вокруг пальцев, будто признавая его своим.

— Похоже, они тебя приняли, — шепнул Юджин.
— Или просто знают, что я тоже опасен, — усмехнулся Пагсли.

И впервые за долгое время Юджин почувствовал, что его сердце жужжит громче пчёл.