За покупками!
Кортеж из пяти ревущих спорткаров эффектно затормозил прямо у главного входа в самый дорогой и роскошный пассаж города. Братья вышли из машин, приковывая к себе взгляды всех прохожих - статные, уверенные в себе, в идеально сидящих вещах. Алишер по-джентльменски открыл дверь, и из салона вышли Зухра и Малика.Огромный торговый центр встретил их прохладой кондиционеров, блеском мраморных полов и витринами мировых брендов. Братья сразу взяли всё под свой контроль. Они шли плотной стеной, окружив девушек, словно живой щит. Не заметить такую компанию было невозможно.- Так, девочки, ни в чём себе не отказывайте! - громко объявил Михмед, обводя руками сверкающие вывески. - Сегодня платит мужское крыло семьи!Они начали с бутиков высокой моды. В первом же магазине итальянской одежды консультанты, едва завидев братьев, бросили всех остальных клиентов и бросились выносить лучшие закрытые коллекции. Султан и Ислам вальяжно расположились на бархатных диванах в VIP-зоне, пока Малика увлечённо выбирала для Зухры наряды. Подруга засыпала её шелком, кашемировыми кардиганами, летящими вечерними платьями и строгими костюмами.Зухра послушно примеряла вещь за вещью, выходя к братьям.- Берём! И это берём! И вон то синее тоже упакуйте! - командовал Тимур, даже не глядя на ценники. Парни просто протягивали свои безлимитные карты одну за другой.Затем они переместились в зону селективной парфюмерии и косметики. Братья, совершенно не разбираясь в женских баночках, устроили из этого настоящее шоу. Михмед и Алишер наперебой брызгали на тестеры дорогие духи, споря, какой аромат больше подходит их сестре. В итоге они скупили половину стеллажа: от тяжёлых восточных шлейфов до лёгких цветочных ароматов, а также горы уходовой косметики в золотых баночках.Парни буквально завалили охрану пассажа и своих собственных водителей десятками огромных брендовых пакетов с надписями Chanel, Dior и Gucci. Они искренне радовались, думая, что устраивают для сестры лучший день перед её замужеством.Но пока братья спорили у кассы из-за оплаты очередных туфель, Малика отвела Зухру вглубь примерочной огромного бельевого бутика. Вокруг была суета, а здесь - тишина. Малика мягко, но крепко взяла Зухру за холодные руки и заглянула прямо в глаза.- Зухра, посмотри на меня, - тихо, чтобы не услышали стоящие за дверью парни, прошептала она. - Братья видят то, что хотят видеть. Но я же женщина. Я вижу, что твоя улыбка фальшивая. Ты бледная как смерть, а руки трясутся. Что вчера произошло в комнате после того, как мы ушли? Отец приходил, да? Что он тебе сказал?Зухра замерла, её дыхание перехватило. На мгновение в её глазах мелькнула отчаянная надежда довериться Малике, но в ушах тут же зазвенел ледяной голос отца: «Я уничтожу вас всех... Сначала Султана...» Она судорожно сглотнула слёзы и попыталась отнять руки.
Зухра судорожно сглотнула подступивший к горлу ком, аккуратно высвободила свои ладони из теплых рук Малики и натянуто улыбнулась, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно непринужденнее.- Всё хорошо, Малика, правда, - тихо, но твердо соврала она, поправляя волосы перед зеркалом бутика. - Просто всё это так быстро... Свадьба, переезд, новая жизнь. Любая бы на моем месте нервничала, вот руки и трясутся. Не придумывай лишнего, мальчики и так из-за меня на взводе.Малика недоверчиво покачала головой, но расспрашивать дальше не стала, заметив, как Зухра прячет взгляд. Когда они вышли к братьям, те уже держали в руках последние оплаченные коробки. Вся компания в отличном настроении двинулась к выходу, и вскоре кортеж из спорткаров с ревом умчался обратно к особняку. Весь оставшийся вечер девушки провели в комнате Султана: они бережно, вещь за вещью, упаковывали приданое. Шёлковые халаты, дорогие платья, флаконы селективного парфюма и бесконечные туфли раскладывали по роскошным брендовым пакетам, коробкам с атласными лентами и белоснежным чехлам, чтобы в день торжества с почетом перевезти всё это богатство в дом жениха. Зухра заставляла себя участвовать в суете, механически завязывая банты, пока внутри нее все выжгло дотла волнением и обреченностью.И вот этот день наступил. Время пролетело как один кошмарный миг, и Зухра оказалась в эпицентре роскошного, шумного кавказского торжества на тысячу гостей. Огромный банкетный зал сверкал золотом, хрусталем и утопал в белых розах. Снаружи гремела музыка, танцевали ансамбли, а внутри, за главным столом молодых, сидели они - жених и невеста. Зухра выглядела безупречно в своем шикарном свадебном платье, а рядом сидел Алим - статный, холеный, в идеально скроенном смокинге. Перед сотнями вспышек камер и под пристальными взглядами родственников они оба весь день держали на лицах широкие, ослепительные и абсолютно фальшивые улыбки. Мурад, отец Зухры, наблюдал за ними издалека с довольным видом, и девушка понимала, что ее братья сейчас в безопасности только благодаря этой ее покорности.Но как только фотографы отворачивались, а гости отвлекались на очередные тосты, идеальная картинка рушилась. Стоило Зухре на секунду расслабить мышцы лица, как Алим поворачивался к ней, и его широкая улыбка мгновенно сменялась острым, ледяным, пронизывающим насквозь взглядом. В его глазах не было ни капли тепла или нежности - только злость и раздражение. Когда ведущий объявил долгую музыкальную паузу, Алим, продолжая едва заметно улыбаться для публики, наклонился к самому уху Зухры и процедил сквозь зубы тихим, жестким шепотом:- Даже не думай, что ты мне нужна, и не строй иллюзий, что я тебя люблю. Меня этот брак радует не больше, чем тебя. Мой отец заставил меня жениться на «порядочной девочке из хорошей семьи» ради этого чертова слияния бизнесов, так что не надейся, что яизменю ради тебя свою жизнь. Для меня ты просто статусная кукла на этой свадьбе, поняла?Зухра даже не вздрогнула, хотя его слова резанули по сердцу. Она лишь сильнее расправила плечи и, удерживая на губах такую же фальшивую, гордую улыбку, посмотрела прямо перед собой на танцующих гостей. Она шла на эту жертву ради жизней своих братьев, и никакая ядовитая спесь Алима не могла напугать ее сильнее, чем угрозы собственного отца. Кольца были надеты, контракты подписаны, и впереди их ждала первая совместная ночь в статусе мужа и жены.