Глава 24

30 июня 2012

Солнце жарило невыносимо. С утра было ещё терпимо — ветер дул с реки, тень от склонившийся ивы, холодная вода. Но к обеду воздух стал густым, как кисель. Даже дышать было тяжело. Я сидела на пирсе, опустив ноги в воду, и чувствовала, как плавится асфальт где-то за спиной, на дороге, которая вела к этому месту.

Вечеринка должна была быть «для своих». Только мы. Но к обеду к нам начал подтягиваться народ. Сначала пара человек с нашего курса. Потом кто-то постарше, с выпускного, с пивом и громким смехом. А потом пришли Тина и её близняшка Нина. Вечеринка раздувалась, как надувной матрас. Шумно, тесно.

Кто-то привязал к старой иве верёвку — сделал тарзанку. Ива склонялась низко, почти касаясь воды. Ветви дрожали каждый раз, когда кто-то отталкивался от пирса, летел вниз, разбивал воду брызгами и визгом. Тарзанка раскачивалась, как маятник, отсчитывающий последние спокойные часы. Кто-то притащил десятилитровую бочку пива и не отходил от неё. Кран, пластиковые стаканчики. Бочка стояла в тени, но пиво всё равно успело нагреться.

Эндрю переключал музыку.

— А это? — крикнул он, поднимая телефон. И пританцовывая бёдрами.

Из динамиков грянуло: Kings of Leon — «Sex on Fire».

Кристи дала ему подзатыльник. Легонько, привычно.

— Ты часом не охренел? — возмутилась она.— О чём ты включаешь песни?

— О любви, — ответил Эндрю, потирая затылок.

— О чём, о чём? Там слова про секс на одну ночь и про девушку лёгкого поведения.

— Ну, я же говорю — о любви, — ответил Эндрю.

Кристи закатила глаза.

— Ты думаешь только одним местом.

— Это правда, — сказал Эндрю и подмигнул ей.

— Ладно-ладно, — он переключил. I Heart Sharks, «Lost Forever».

Стало легче. Песня про то, как не хочется взрослеть. Про то, как хочется заблудиться — навсегда, в ком-то, в этом лете, в этих минутах, которые уже никогда не повторятся.

— Это уже лучше, — сказала Кристи.

— А мне первая нравилась, — тихо сказала Майя.

Кристи посмотрела на неё. Майя пожала плечами.

— Что? Там ритм хороший.

— Да, ритм, — Макс покачал головой. И притянул её к себе.

Она покраснела — мгновенно, до корней волос, — но не отодвинулась. А когда он поцеловал её в щёку, она повернула голову и ответила.

Я сидела на покрывале с Тиной и Ниной. Мы болтали ни о чём — о погоде, о том, кто куда поступит, о том, что химичка опять завалит всю группу в следующем году. Тина жевала чипсы и смеялась над своими шутками, Нина закатывала глаза, но улыбалась.

К нам подошла Кристи и плюхнулась на покрывало рядом со мной.

— Жара, — сказала она. — Я сейчас расплавлюсь.