12.

Аурелия

Время на часах было двенадцать утра. Я работала без перерыва уже три часа в своем кабинете. Передо мной, на столе, царил хаос: лежали раскрытый договор с «Mediterraneo Luxury Hotels», блокнот с пометками и схемами, три чашки остывшего кофе и ноутбук с открытыми  базами международного коммерческого права.

Я выделила уже семь проблемных пунктов, но один вызвал особую тревогу.

В этот момент раздался сигнал входящего звонка. На ноутбуке высветилось имя Теодора. Я замерла и заколебалась. Леоне прямо запретил мне сообщать о деле брату или Эндрю, и я не должна была нарушать его приказ..

Но Тео не собирался ждать. Звонок перешел  в видео, и на экране высветилось уставшее, но решительное лицо брата.

— Рия, извини, что отвлекаю от работы, но у нас тут пожар, — выпалил Теодор без приветствия. —  Итальянцы прислали новую версию договора за час до встречи. Юристы нашей компании сейчас все заняты другими делами, а Эндрю не успевает проверить текст. Ты же всегда была сильна в деталях. Сможешь за пятнадцать минут глянуть и сказать, нет ли явных ловушек?

Я замерла и ничего не произнесла. Это был мой идеальный шанс и идеальный повод.

Теодор очевидно не просил анализировать весь договор или предлагать правки,  а только указать на очевидные риски. Технически я не нарушала приказала Леоне , если не углубляться в детали.

— Дай мне две минуты, — произнесла я, стараясь выглядеть максимально спокойной.

Быстро загрузив файл на ноутбуке, я пробежала б глазами по измененным пунктам. Я почти сразу заметила, что итальянцы усилили формулировку в статье 7.4 , сделав передачу наработок обязательной даже при одностороннем расторжении по их вине.

—  Теодор, остановите подписание, — твердо сказала я. — В новой версии есть критичная правка: теперь они получают все наработки , даже если сами нарушат условия. Это недопустимо.

Брат нахмурился.

— Точно? Мы с Эндрю этого не заметили.

— Да. И еще: арбитражная оговорка осталась прежней , что суд в Риме, без права апелляции. Если что-то пойдет не так, вы откажетесь в невыгодном положении.

Эндрю, которого я даже не заметила за спиной брата,  наклонился к экрану.

— Можешь предложить альтернативу?

Кивнув, я мгновенно открыла заготовленные правки, которыми занималась ранее.

«Все споры подлежат рассмотрению в Международном Арбитражном Суде в  Лондоне. При это каждая сторона имеет право на апелляцию в течение 30 дней после вынесения решения»

— Это уравняет шансы, — пояснила я — У нас будут юристы, знакомые с процедурой, и время на реакцию.

Теодор кивнул.