15.

Не забудь поставить 🌟

Кайл.

Я остановился перед стеной в коридоре, покрытой фотографиями. Семейные портреты. Улыбки на них казались слишком правильными, фальшиво идеальными. Я поморщился. Всё вокруг напоминало: то, что принято называть «семейным счастьем», здесь лишь иллюзия.

— Спасибо, что подождал, — произнёс отец.

Он вышел из угла. На ходу снял очки, аккуратно убрал их в футляр и остановился рядом со мной. Его взгляд устремился туда же, куда смотрел и я. Но, в отличие от меня, он испытывал не неприязнь, а гордость. Перед нами была идеальная картинка любви и счастья.

— Что по обследованию? — спросил я.

— У Эмили нет серьёзных травм, — ответил он.— Повреждены только губы. Расскажешь, в чём дело?

— Спроси у своей жены, — бросил я. — Она знает больше, чем я.

Отец глубоко вздохнул. Ему была в тягость моя неприязнь к ней, но он не мог ничего с этим поделать. Может быть, если бы она не вмешивалась в мою личную жизнь и не подстраивала всё под свои удобства, я бы относился к ней иначе. Но, увы, это оставалось лишь фантазией.

— Кто такая эта Эмили? — уточнил отец.

— Новенькая в нашей школе, — пояснил я. — Приехала по обмену.

— Почему ты так трясёшься за неё?

Я повернулся к отцу. Он по‑прежнему не отводил взгляда от фотографий на стене.

— Она мне нравится, — сказал я. — Но кое‑кому это не по душе. Обойдёмся без имён — или мне всё же произнести их вслух?

— Что сделала Маргарет? — наконец спросил отец.

— Через посредника похитила Эмили, — выпалил я. — Ты видел её медицинскую карту. Её придушили тряпкой, чтобы она потеряла сознание. Этого всё ещё недостаточно, чтобы ты понял, какой она человек?

— Прости, сын, но я не могу поверить тебе на слово, — тихо ответил отец.

— Эмили может подтвердить, — настаивал я. — Маргарет говорила с ней напрямую.

— Мне больше нечего тебе сказать.

Хлопнув в ладони, он резко развернулся на пятках, окинул меня холодным взглядом и ушёл. Меня тут же окатила волна злости –горячая, почти осязаемая.

Я сел в машину, громко хлопнув дверью, и взглянул на дом, в котором провёл всё детство. Перед глазами тут же всплыли тёплые воспоминания: как мама украшала гостиную к Рождеству, пекла свой фирменный пирог на дни рождения, дремала перед телевизором, пересматривая любимые фильмы... Взгляд невольно поднялся выше – к окнам второго этажа. Там сейчас, наверное, лежала на кровати или делала уроки Лили –моя младшая сестрёнка. Та самая, которую Маргарет ненавидела лишь за то, что отец души в ней не чаял. Мне не хватило смелости увидеться с ней сегодня. Слишком уж я был подавлен.