Эпилог

Тот день в Киеве выдался необычайно солнечным для конца мая. Каштаны на Крещатике уже вовсю цвели, наполняя воздух сладковатым ароматом, а здание частного перинатального центра, принадлежащего холдингу «Noir», было окружено плотным кольцом охраны. Но это не были люди в кожаных куртках с автоматами — это были профессионалы из личной службы безопасности депутата Даниэля, одетые в строгие костюмы с едва заметными гарнитурами в ушах.

Для Даниэля этот день стал самым тяжелым испытанием в жизни. Никакие политические дебаты, никакие криминальные разборки прошлого не могли сравниться с тем первобытным ужасом, который он испытывал, слыша приглушенные крики Амелии за дверью операционной.

Спецоперация «Жизнь»
Даниэль мерил шагами коридор VIP-этажа. Он отказался от присутствия помощников, прогнал прессу, которая караулила у входа, и даже запретил Маркусу докладывать о текущих делах в Раде. Сейчас для него не существовало законопроектов, партийных рейтингов или врагов. Был только мерный шум аппаратуры за стеной.

— Господин депутат, присядьте, — мягко сказал Маркус, который всё же остался неподалеку, держа в руках термос с кофе. — Амелия — лучший врач, которого я знаю. Она в руках своих же коллег. Всё будет хорошо.

— Она — пациент, Маркус, — отрезал Даниэль, не останавливаясь. — А пациенты уязвимы. Если с ней или с детьми что-то случится… я снесу это здание до основания.
В этот момент двери операционной распахнулись. Вышел ведущий акушер, вытирая пот со лба. Даниэль замер, и на мгновение в его взгляде промелькнуло то самое ледяное пламя, которое когда-то заставляло его врагов молить о быстрой смерти.

— Поздравляю, Даниэль Александрович, — голос врача дрожал от смеси усталости и благоговения. — Два богатыря. Первый — три двести, второй — три сто. Амелия восстанавливается, всё прошло без осложнений. Можете войти, но только на минуту.

В палате пахло стерильностью и чем-то неуловимо новым. Амелия лежала на высокой функциональной кровати, бледная, с мокрыми от пота волосами, но её глаза сияли таким светом, который Даниэль никогда не видел прежде. Рядом, в прозрачных кювезах, лежали два крошечных свертка.

Даниэль подошел к кровати и опустился на колени. Он взял руку Амелии и прижал её к своим губам. Его плечи, всегда прямые и напряженные, наконец расслабились.

— Ты справилась, — прошептал он. — Спасибо тебе.

— Посмотри на них, — слабо улыбнулась Амелия, кивнув в сторону детей. — Посмотри, какие они… громкие.