ГЛАВА 1. МАСКА ЭЛЕКТРИКА
Сегодня утро началось не с кофе, а с телефонного звонка. Звонила директор санатория, где я официально числился в штате. Наш «курорт» наконец-то купили инвесторы. Именно этого момента я и ждал: у меня уже был готов план полной реконструкции, который должен был стать первым кирпичом в фундаменте чего-то значительно большего.
Для всех вокруг я — просто Алексей, обычный электрик, парень в комбинезоне с мультиметром в кармане. Это идеальное прикрытие: электриков никто не замечает, но они имеют доступ ко всем щитовым и кабелям объекта.
— Привет, Алексей, — голос Елены Борисовны дрожал от волнения. Она была женщиной пенсионного возраста, которая искренне горела идеей сделать «Горизонт» процветающим, но абсолютно не понимала, как работает современный бизнес. — Звонили инвесторы, они уже на территории. Ты еще не передумал?
— Нет, конечно. Давайте попробуем. Только план я представлю сам, — ответил я спокойно.
Я вышел на улицу. Для февраля день выдался на удивление теплым — плюс семь градусов. Воздух был влажным, пахло приближающейся весной. Я посмотрел на старые корпуса санатория. Инвесторы еще не знали, что они приехали не просто покупать недвижимость. Они приехали на встречу с человеком, который собирается изменить правила игры.
Придя на работу, я сразу направился в кабинет директора. За столом в приемной, как обычно, сидела Эля — секретарша, чей взгляд был наполнен таким высокомерием, будто она была как минимум потомственной принцессой, а не простой офисной работницей.
Я невольно улыбнулся. Меня забавляло наблюдать за тем, насколько обычные люди погрязли в собственных иллюзиях. Они оценивают мир по обертке, даже не догадываясь, что под моим рабочим комбинезоном скрыта власть, о которой они не смеют даже мечтать.
— Привет, Эля. Елена Борисовна у себя? — спросил я, сохраняя спокойный тон.
Она смерила меня взглядом — от пыльной обуви до воротника робы. Выражение её лица было красноречивым: я для неё был существом низшего порядка, фоновым шумом этого санатория. И именно это мне нравилось. Когда тебя не воспринимают всерьез, у тебя появляется идеальное пространство для маневра. Когда тебя считают никем, ты становишься невидимым. А невидимость — это и есть высшая форма контроля.
— Да, у себя, — холодно бросила Эля, но, задержав на мне взгляд, добавила: — Жди. Там важные люди, тебя не звали.
Я снова улыбнулся — на этот раз шире.
— Значит, мне именно туда. Меня там ждут.