Глава 9
Глава 9
Несмотря на всю поддержку, которую я получала от Вито, Габриэля и Даниэля, чувство пустоты и боли оставалось невыносимым. Вито сладко сопел в своей постели, его ровное дыхание звучало как напоминание о том, что хотя бы он смог найти покой. Я тихо выбралась из его комнаты, стараясь не разбудить его, и направилась на большой балкон.
Когда я вышла на балкон, холодный ночной воздух ударил в лицо, но он не мог охладить бушующее в душе пламя. Черное, беззвездное небо простиралось передо мной, и его бескрайняя темнота только усиливала чувство изоляции. Я уставилась в эту черную бездну, и мысли о том, что я только что потеряла отца, снова нахлынули на меня.
Слезы начали литься рекой, как будто я не могла их остановить. Каждая слеза была как маленькая река боли, проходящая через моё тело. Я всхлипывала, не в силах сдержать своё горе, и вся тяжесть утраты давила на меня, словно невидимый камень, заставляя сердце разрываться от боли. Слёзы не прекращались, они текли по щекам, капая на холодный пол балкона, как знак глубочайшего страха и печали.
Я чувствовала, как будто весь мир сжался до размеров этого балкона и ночного неба. Внутри меня бушевала буря, но я была одна, не в состоянии найти утешение или спокойствие. Моё горе было таким огромным, что его трудно было выразить словами. В этот момент мне казалось, что ни поддержка, ни слова утешения не смогут заполнить ту пустоту, которую я чувствовала внутри.
Я оперлась на перила, глядя в темноту, и закрыла глаза, пытаясь найти в себе силы, чтобы справиться с тем, что произошло. Каждый вздох был трудным, и я чувствовала, как это горе поглощает меня целиком. Время продолжало тянуться медленно, как будто сама ночь затянулась в нескончаемую боль, и слёзы продолжали течь, слившись с темным горизонтом, в который я смотрела, как в бездну.
На фоне того, как слёзы продолжали течь по моим щекам, я почувствовала, что теряю контроль над собой. Горе, которое я не могла больше сдерживать, вырвалось наружу, и я, не осознавая, что делаю, начала бить костяшками кулаков об бетонное перило балкона. Каждый удар был не просто актом саморазрушения, но воплощением всего того отчаяния и бессилия, которое я испытывала.