Глава 32

Глава 32

Врачи разрешили нам зайти в палату, и мы, словно зомби, подошли к ней. Кэтти лежала в белоснежной больничной постели, укрытая одеялом до шеи. Лицо её было бледным, а волосы растрепанными, но при этом всё же сохраняла свою неотразимую красоту. Внутреннее спокойствие её лица контрастировало с беспокойством и страхом, царившим у нас на лицах.

Когда я подошёл ближе, она резко открыла глаза. В этот момент её взгляд был полон усталости и боли, но на лице появилось то, что я никогда не забуду – слабая, почти болезненная улыбка. Её улыбка была как маска, которую ей было трудно удерживать, и каждый её смех звучал, как мучительная борьба с болью. Это была странная смесь сарказма и слабости, которая ужасала и смущала меня одновременно.

- Повелись, лохи, - её хриплый голос был с трудом различим. Каждый звук был словно удар по струнам моего сердца, каждое слово прибавляло гнев и боль.

Мы стояли, как вкопанные, наши сердца колотились от злости и страха. Я смотрел на неё в панике и недоумении, не веря, что она действительно в сознании. Весь гнев и разочарование, которые мы испытали, вырывались наружу.

- Ты с ума сошла, Кэтти! - кричал Даниэль, его голос был полон ярости и отчаяния. - Ты хоть понимаешь, что натворила? Как ты могла так поступить?-Вся его гневная энергия вылилась в этот крик.

- Ну что я сделаю, если вы придурки? - Кэтти хрипела, её голос был всё ещё слабым, но в его тоне слышалась ирония. - Вы когда зашли в палату, хоть бы заметили монитор, который пикает с моим сердцем.

- Кэтти, какой нахуй монитор? Мы зашли разбитые, - Вито не сдерживал эмоций, его голос был полон недовольства. - Представь, что у нас в головах было в тот момент! Как будто мы пережили самый ужасный кошмар в своей жизни.

- Не кричите на неё! - гаркнул я на них, не выдержав напряжения. - Не кричите на неё без меня! - добавил я, чувствуя, как каждый мой нерв был на пределе. - Ты головой своей думаешь вообще? Кэтти, это не смешно, вообще!

Она устало закрыла глаза, её силы явно истощены.

- Мне очень плохо, - сказала она с трудом, её голос был наполнен усталостью и болью. - Давайте, вы почитаете нотации позже.

В это время врачи снова вошли в палату, и я, не сдержавшись, накинулся на них. Я почувствовал, как всё внутри меня разрывается от гнева и беспокойства.

- А вы как могли? Вы?! Вы вот уже двадцать восемь лет меня знаете. Вы всю жизнь меня спасали, - я кричал на одного из врачей, чувствуя, как мой гнев и страх переплетаются в единое целое.