Глава 2(2)
Невероятно огромных сил требовалось Пауку держать маску спокойствия, когда всё внутри него горело. Он всё ещё не верил, что после стольких лет, наконец нашёл и забрал её. Девочку, которая после стольких лет, пока он её не видел, превратилась в смертоносное оружие. Но в тоже время от переполняющей его радости и нетерпения, в нём постепенно просыпался зверь, тот, которого он сдерживал ради её безопасности. И тут же в голове возникает картина той ночи, в которой ОНА полностью принадлежала ему до первых солнечных лучей, которая незамедлительно меняется на ту, где она выходит замуж за выродка Тахира, который должен был помочь её матери в её двинутых как и она сама, проектах.
Никогда Паук не испытывал такой боли. Нет, не физической, а душевной. Хотя было один раз, когда ему сообщили что его девочка погибла в автокатастрофе со своим отцом. Тогда он практически выл зверем, почти смог вырвался из того адского места, где в насмешку ему был повсюду лишь один белый цвет, но не смог, врачи поймали его когда до свободы оставалось несколько шагов. Его вновь посадили в клетку как животного, но ему было всё равно. Он уже умер, когда перестало биться сердечко его девочки. Около месяца он пролежал в коматозном состоянии, не реагируя на насмешки врачей, которые придумывали ему разные клички, один хуже другого. Терпя ужасную боль, после очередной терапии Русланы, но в один день, Паук как-будто вырвался из этого состояния. Он поклялся заставить страдать тех, кто морально и физически наносил вред ему, и его Ассоль. И первой в этом списке, выделенным красным цветом, было имя матери Ассоль. Хладнокровная тварь, для которой люди были насекомыми. Она их уничтожала одного за другим, а потом приводила других. Огромное количество людей умерло от её руки. Но в её глазах никогда не было сожаления, одно отвращение. Эта чокнутая любила только свою работу, холила и лелеяла её. Ни дочь, ни муж, которого она позже заказала, не заслуживали кусочка её гнилого сердца. хотя нет, к одному человеку она всё же была привязана...и как бы противно не было это признавать, это был сам Паук.
Мужчина поморщился от неприятных мыслей.