|| Глава 7 ||
Обычная, казалось, погоня превращается в настоящие гонки по бездорожью.
— Я бы пешком быстрее дошёл, — хмыкает Намджун, хотя прекрасно понимает, что дорога неровная. — Хуёвый из тебя водитель, раз не можешь догнать девчонку, — продолжает насмехаться он.
Чонгук, на удивление, молчит и полностью сосредоточен на дороге. Он заезжает на новую улицу за лексусом. Дорога слишком узкая и тесная для двух автомобилей: по обеим сторонам стоят жилые здания. У Чонгука на губах расплывается кривая ухмылка, он резко дёргает руль влево, заезжая вперёд, вплотную прижимается к правому боку лексуса и тормозит.
— Совсем охренел…
На возмущения Намджуна по поводу тачки, Гук вылетает из автомобиля, Ким бросается за ним.
— Ты чуть меня не убил.
Лиса выходит из машины прежде, чем её оттуда выволокут.
— Не убил ведь, — Чон, на удивление даже самому себе, грубо хватает шатающуюся на месте девушку и усаживает на пригретое, после Джуна, сиденье.
Последний, разведенными в стороны руками, водит круги вокруг немного помятой тачки и утрамбовывает внутри себя свою ненависть к этому чокнутому пареньку.
У Лисы душа в пятки уходит. Она поглядывает на свои наручные часы: через два часа должно зайти солнце. Девушка прокручивает события сегодняшнего дня и мечтает, чтобы это оказалось сном.
Манобан тщательно рассматривает дорогой, соответствующий марке, салон. Она в нём впервые: до этого дня на нём стоял строгий запрет, и если бы она его нарушила, то Чонгук оставил девушку без волос, причём абсолютно везде.
Чонгук очень подозрительно молчит полчаса, а Лиса наблюдает за ним боковым зрением и продолжает тереть ноющее плечо.
— Ты расскажешь родителям? — закусив губу, осторожно спрашивает.
— А ты как думаешь? — вжимает педаль в пол Чон.
— Расскажешь, — виновато опускает голову и начинает теребить пальцы.
Чонгук наконец отрывается от дороги и, кажется, морщинка между его бровей разглаживается.
— Ты настолько плохого мнения обо мне? — парень, заезжая во двор, паркует автомобиль во дворе особняка.
— Тебе же только повод дай, а тут — выпивка, курение и угон, — перечисляет на пальцах Манобан. — Целый букет…
— Что-что? — Чонгук с охуевшим не на шутку лицом всем корпусом поворачивается к ней.
Лиса, до которой только доходит, что сама себя выдала, положила на алтарь этому чудовищу и собственноручно затянула петлю на свою шею, нервно бегает глазами по двору в поисках автомобиля господина Чона — не находит.
— А родители где? — не поворачиваясь на него, испуганно двигается к двери. Отвлекает.