3

- И что же ты, мил человек, сразу из пушки-то палить? – Станкевич укоризненно усмехнулся в усы и подул на кружку с горячим чаем. Ксенолог только что прилетел с научки по вызову отца, и мама, кончено, тут же усадила его за стол. Рядом неловко жались на табуретах старшие Будекины. Маринку изгнали в спальную ячейку по причине малолетства, а вот Ингу оставили – для выяснения обстоятельств.

- Почему сразу? – Оправдывался папа. – Я же связался со станцией. Майк мне так и сказал: никаких посетителей, никаких аварийных посадок или крушений. Так откуда тут мог взяться чужой ребенок, а?!

Станкевич пошевелил усами и ухватил со стола печеньку.

- Значит, решил, что это мимик? Олег, здесь же не Сет. Ни у одного из аргорских животных не выявлено способности к мимикрии.

- Это ты про известные виды? – Срезал отец. – Спасибо, я не собираюсь ждать, пока вы что-то там выявите, и смотреть, как мою семью поглощает взбесившаяся биомасса.

- Пап! – Инга закатила глаза. Ну что за стремление у взрослых из всего сделать драму! – Твоя семья, как ты, возможно, заметил жива и невредима, зато...

- Потому что мы действовали своевременно!

Антон! Ну а этого кто просил вмешиваться?!

- Хорошо хоть вы гостя не отходили лопатой, - Станкевич кивнул на услужливо подвинутый Гарфилдом поближе дисплей. Морда у Антона там была действительно зверская. – Смогу его изучить целым куском.

- Изучить?! – Инга взвилась с табурета. – Да его... ему помощь нужна, как вы не понимаете! Он же за этим к нам пришел! Дядь Вить, миленький, ну, может, просмотрели вы аварию-то? Гарфилд сказал, сегодня помехи жуткие, даже сигнал со спутника не прошел.

- Н-да, помехи, - Станкевич задумчиво постучал ногтями по передним зубам. – А скажи-ка, девица-красавица, ты этого... хм, товарища трогала?

Инга зло потрясла головой.

- Все равно ее осмотреть надо, - снова встрял отец. – Мало ли что.

- Да, конечно, - съязвила Инга. – Он на меня дыхнул, и я теперь чумная.

- Теперь? – Вскинул бровь Антон. – Да ты всегда такая была.

Брат огреб бы по затылку, если бы дисплей не взвыл голосом Гарфилда:

- Опасность! Опасность! Ребенок выламывается из кладовой! Всем внимание! Перед вами потенциально дикий зверь!

Станкевич поперхнулся чаем:

- Вы что... кхе-кхе, его в кладовую...

- Тихо! – Отец поднял палец, медленно поднимаясь с табурета. – Слышите?

Со стороны складской ячейки действительно доносились странные гулкие звуки, как будто кто-то бился головой о металл. Папа схватился за парализатор.