Сэйвиор

Солнечный свет едва виднелся сквозь листья деревьев, окрашивая их в сочный яркий цвет, из-за которого они светились, словно фонарики. Прохладный вечерний ветерок заставлял кожу покрываться мурашками.

Лес был довольно далеко от жилых кварталов и дорог, поэтому здесь не было слышно ничего, кроме шума листвы и птичьего пения.

Такая обстановка всегда успокаивала Йона.

К тому же, вечерние прогулки считаются полезными для здоровья, поэтому именно так у него заканчивался практически каждый будний день. Но всё-таки он не мог позволить себе прохлаждаться здесь долго – нужно было идти домой, чтобы помочь бабушке приготовить ужин. Да и не хотелось ему бродить тут в темноте, так что он развернулся на тропинке и не торопясь вышел из этого прекрасного умиротворённого места.

Вернувшись домой, он тут же почувствовал запах уже готовой еды:

– Ба, я же просил меня дождаться, зачем утруждаешь себя?

– Где же тут трудности? Это всего лишь запечённая курочка, не выдумывай. Давай скорее, садись за стол.

Йон не стал спорить. Такое происходило уже не впервой, поэтому он смирился. Каждый раз он пытался уговорить бабушку разделить домашние обязанности, но та упорно отказывалась, говоря, что ему нужно сосредоточиться на учёбе: «Йон, я же не беспомощная старуха, в конце концов, так что давай-ка ты пойдёшь заниматься своими делами, и если мне таки понадобится помощь, то я обязательно тебя позову, ладно?»

На этом и заканчивался их спор.

Заулыбавшись, он поспешно стянул с себя куртку, достал из кармана ключи и положил их на тумбочку. На ней Йон заметил новую колоду карт Таро: «Ещё одна? Серьёзно?»

Его бабушка увлекалась всем потусторонним. Он даже не мог сказать точно, представителем какой религии она являлась. А может, ей просто было интересно, и на самом деле она в это не верила? Например, сейчас она увлеклась гаданиями на картах Таро. К бабуле даже стали ходить соседки, которые просили её предсказать будущее или хотели узнать, не изменяет ли им муженёк. Йон особо не был против, к тому же, иногда ей за это платили деньги.

Говоря о религии... Тут и правда всё было довольно странно.

На одной полке у неё стояло множество различных священных книг. Йон не особо в этом всём разбирался, да и не собирался разбираться, но, по словам бабушки, это «ещё как» касается его семьи, ведь сам Ной был его пра – пра – пра-.... пра-... прадедом? Да-да, тот самый Ной, который когда-то много-много лет назад спас кучу живых существ от потопа...

Действительно странно.

Даже имя «Йон», которое дала ему бабушка, было, так сказать, в честь него. Бабуля верила, что когда-нибудь, если снова случится беда с этим миром, именно их семья встанет на его защиту. Ну разве не бред?

Поужинав с бабушкой за очередными разговорами о политике и его учёбе, Йон отправился в свою комнату.

Захлопнув за собой дверь, он прижался к стене и про себя выдохнул: «ха-ха, наконец-то...»

В этом мире, в этой вселенной для него было лишь два места, дающих спокойствие и умиротворение – это лес, находящийся в сорока минутах от дома, и его комната.

Не то чтобы он был одиночкой – у него даже были друзья – просто Йон довольно быстро уставал находиться в обществе людей.

Обычно ему хватало получаса, чтобы выложить своей подруге всё, что с ним приключилось за то небольшое время, что они не виделись, а также выслушать и её саму. Затем наступало неловкое молчание и всё, чего ему хотелось – так это побыстрее вернуться в своё «убежище».

Возможно, дело было в том, что увлечения у него были довольно разнообразны, и каждое из них было очень важным для Йона. С каждым он мог найти общий язык, но, по сути, парень не принадлежал полностью ни к одной из «категорий», на которые сам и поделил своих одногруппников.

Да, иногда он действительно чувствовал себя одиноко.

«Вот бы был человек, с которым у нас полностью совпадали бы интересы, и я мог обсудить с ним без стеснения любую глупость, что взбредёт мне в голову...» – именно эти слова каждый раз добивали его в моменты полного отчаяния.

Но в его комнате было всё, что могло от этого отчаяния спасти: ноутбук, за которым он проводил большую часть времени, просматривая новые сериалы, или гоняя по кругу любимые, старые. В этом же ноутбуке Йон любил рисовать, стирая стилусы один за другим. Хотя больше ему нравилось «художничать», разложив на столе множество кистей и баночек акварели.

Может показаться, что помимо пёстрых плакатов и рисунков на стене в комнате нет ничего, что могло представлять для человека хоть какую-то ценность. Однако внутри этих непритязательных ящичков в письменном столе хранилась вся его жизнь – начиная от писем Деду Морозу пятнадцатилетней давности, которые Йон нашёл в прошлом году в захламлённой каморке во время уборки, заканчивая его личным дневником, в котором можно увидеть жалкие попытки выразить чувства и мысли, каждый раз оказывающиеся лишь описанием того, как прошёл его день, и что интересного он съел.

Так что здесь Йон всегда чувствовал себя словно в компании лучших друзей.

Немного прибравшись в своём убежище и включив свои любимые розово-оранжевые гирлянды, он лёг прямо на застеленную мягким тигровым пледом кровать и уснул под мотив любимой песни.

***

Очутившись посреди чёрной пустоты, Йон не сразу понял, что находится во сне.

Ему они редко снились, а если и снились, то больше напоминали полное абстракции и бессмысленности нечто.

Но в этот раз всё было по-другому.

Вдалеке он увидел белый силуэт, который плавно направлялся к нему.

– Кто здесь?

– Не беспокойся, я всего лишь пришёл сообщить тебе новость.

– Какую ещё новость? И кто ты такой? Где я? – с озабоченным видом Йон начал осыпать его вопросами.

– Тебе необязательно знать, кто я. Но я могу сказать, хотя и не уверен, что ты поверишь.

– Это уже я буду решать, верить мне, или нет.

Тем временем силуэт уже достаточно приблизился к Йону, и перед ним оказался юноша с кудрявыми светло-русыми волосами, падающими на плечи, который был одет в странную одежду.

«Что за....? Вырядился так, словно он какой-то ангел, сошедший с картин эпохи Возрождения... Секунду... Да ладно?»

– Ты всё правильно думаешь, Йон. Если тебе некомфортно, когда я так выгляжу, я могу и сменить одежду.

Прямо на его глазах волосы ангела стали короче, и теперь светлые кучерявые волосы стали падать на лоб, став ещё объёмнее и непослушнее. Белоснежный гиматий сменился на обычную футболку того же цвета и чёрные джинсы. Только сейчас, рассмотрев его лицо, Йон увидел яркие, словно ясное февральское небо, голубые глаза. Парень перед ним стал похож на обычного симпатичного парня с милыми щёчками.

«На булочку похож», – подумал он и немного улыбнулся:

– Допустим, я тебе верю.

– Вот уж спасибо, – ангел ответил ему широкой улыбкой.

– Так... Что за новость ты пришёл сообщить? И почему именно мне?

Юноша перед ним с той же улыбкой опустил взгляд на свои босые ноги, а затем снова сфокусировался на его лице, да так, словно видел насквозь:

– Не хочешь спросить, могу ли я читать мысли?

– А есть смысл? Раз уж ты ангел, то наверняка умеешь и не такое. Разве вы не всемогущие или вроде того? – и тут Йон слегка покраснел.

– Тут ты слегка ошибаешься, мы лишь «секретари» в том мире. И иногда выполняем роль защитников. Да и мысли не каждый из нас читать умеет. У каждого свои способности.

– Что ж, очень познавательно. И всё же, ты ответишь на мои вопросы?

– Какой нетерпеливый малый, – ангел подошёл чуть ближе.

«Какой приятный запах... Ай, чёрт!» – Йон покраснел ещё больше. Слабый аромат свежеиспечённого хлеба заполнил его лёгкие.

– Да не смущайся ты так, я всё понимаю. Запах, исходящий от нас, зависит от того, что любит наш подопечный. Необходимо, чтобы он чувствовал себя спокойно рядом с нами.

– То есть я теперь твой подопечный?

– Это как раз часть той самой новости, с которой я к тебе пришёл.

– А другая часть?

– Остальное... Ты сам поймёшь, но скажу одно – остерегайся многоликого.

– Кого...? – Йон опешил.

«Допустим, первую часть новости я ещё могу переварить. Всё-таки, благодаря моей бабушке об ангелах-хранителях и прочей чепухе я наслышан. Но что ещё за «многоликий»? Стоп, может у меня от этих самых бабушкиных рассказов вообще крыша поехала?»

– Прости, но большего я сказать не могу, – ангел взял его за руку, слегка сжав её, – и ты не сошёл с ума. Не бойся. Если произойдёт что-то опасное для тебя, я всегда буду рядом, чтобы помочь. Но ты сам должен во всём разобраться, я не имею права рассказывать.

– Ладно... – Йон всё ещё пытался осознать, что происходит.

– Вот и хорошо. Сейчас я должен идти, но мы ещё встретимся. Помни, что я тебе сказал, – он развернулся и уже собирался удалиться, но за его спиной раздался очередной вопрос:

– Зачем ты носишь ту странную одежду, если можешь ходить, как нормальный человек?

– Аха-ха-ха, ну и забавный ты. Разве ты ходишь в универ в пижаме? У нас тоже есть форма, в конце концов. И вообще, мне она нравится – тело дышит, и тому подобное... Пока, Йон, – и вот уже чёрно-белый силуэт растворился во тьме.

– И кто ещё тут забавный, – пробормотал Йон.

Внезапно он резко проснулся.

Над его головой под потолком всё ещё мигали розово-оранжевые огоньки, за окном было темно. Йон посмотрел на часы, которые стояли на прикроватной тумбочке. Режущие глаза ярко-зелёные цифры показывали:

«02:11».

– Замечательно, ещё даже не утро, – юноша потрепал свои волосы и, немного понаблюдав за огоньками, выключил гирлянды.

Но темнота не помогла ему уснуть. Йон ворочался в постели, размышляя над тем, правда ли к нему явилось это прекрасное существо, или, всё же, он постепенно сходит с ума.

Ему в голову пришла мысль: «Он сказал, что я теперь его подопечный... Значит ли это, что завтра я увижу его здесь, в реальном мире, а не во сне?»

Всё оставшееся до будильника время он пытался сохранить в памяти образ светловолосого юноши с ярко-голубыми глазами.

***

Вот так и наступила пятница. Йон неторопливо зашёл в красивое здание цвета слоновой кости, которое полгода назад стало его местом обучения, и поправил ворот на джинсовке.

Узнав, что большая часть из его одноклассников решила не поступать в университет, а сразу идти работать, он немного испугался.

Йон думал, здесь будет чертовски сложно, и ему лучше бы последовать их примеру и не тратить зря время. Но сейчас начал понимать – это в школе было сложно, а тут и предметов меньше, и преподаватели не смотрят на тебя, как на малолетнее ничтожество.

Хотя, возможно, ему просто повезло.

Ещё Йон завидовал той малой толике людей, которые ещё в пятнадцать, нет, в шесть лет поняли, чего хотят от жизни, и уверенно идут к своей цели.

Ведь сам он к выпускному классу так и не определился, кем хочет стать, как хочет жить.

«Рисовать комиксы, картины на заказ....Нет, в этом мире и без меня достаточно талантливых людей и многие из них лучше меня, так что тут без шансов. Стать дизайнером...? Тоже не вариант.... Возможно, пока следует просто плыть по течению и чуть-чуть подождать. Но не могу же я прохлаждаться всё это время, поэтому хорошо, что я поступил в универ – лишним уж точно не будет – а там решу, что делать дальше. Думаю, не самый худший план».

Витая в облаках, Йон не заметил, как случайно врезался в чьё-то плечо. Или, точнее сказать, в место чуть пониже плеча...

«Высокий он, однако», – пронеслось у него в голове, но он не стал акцентировать на этом внимание.

– Извини.

– Да ничего, осторожнее.

Извинившись перед незнакомцем, парень пошёл дальше. Если бы Йон посмотрел ему в лицо в этот момент, то увидел бы, как в светло-голубых глазах на мгновение появилось замешательство, которое тут же исчезло за завесой таких же светлых ресниц.

Обращение к читателям:

Охххх, привет (как ты вообще откопал эту историю? хахаах). С чего бы начать-то... В общем, посмотрела я однажды один психоделический... Мультик? И нехило так вдохновилась.

Немного о себе: люблю тяжёлый рок, аниме и всё в этом роде. О, ещё состою в китай фандоме!

Не знаю даже, считать это фанфиком или что это такое. Но буду рада, если кому-нибудь эта история понравится. Добро пожаловать!

P.S. Ещё я ооооочень люблю рисовать, так что периодически здесь будут появляться артики.