Глава 4, в которой случаются разные неожиданности
Момо осталась на ночь, впервые за всё время, что они вообще были знакомы. В какой-то момент говорить уже не нужно было: они сказали всё, и даже немного больше. Они лежали на кровати и смотрели в потолок молча, и лишь иногда Юки чувствовала, как последние оставшиеся слёзы скатываются по вискам, затекая в волосы. Момо оказалась права: им действительно нужен был этот разговор. Юки нужен был.
Она никогда не рассказывала эту историю даже себе. Вспоминать её вообще не хотелось, это казалось глупым, ненужным и слишком болезненным. Но когда Юки начала, она поняла, что уже не сможет остановиться. Слова лились из неё нескончаемым потоком, а события всплывали в голове хаотично, цеплялись одно за другое, рассказ становился сбивчивым, но после него всё стало на свои места. Легче не стало, наоборот — стало даже немного больнее. Но теперь это ощущалось по-другому: вместо игл, торчащих в гноившихся ранах, внутри Юки бушевало лезвие, оставлявшее глубокие кровоточащие порезы.
Так было лучше. Раны однажды затянутся, и пусть они оставят после себя шрамы, всё равно — Юки будет дышать. Не цепляться побелевшими пальцами за поверхности, не сгибаться от тяжести, а дышать. Пусть пока и не полной грудью.
Утром она встала рано, гораздо раньше Момо. Внутренний будильник всегда поднимал её раньше звонка, а ответственность не давала проспать ни минуты больше. Понедельник. Юки ждали дела, и хоть уроков не планировалось до самого обеда, она всё равно должна была сделать эту дурацкую административную работу: заполнить и просмотреть отчёты самой себе, отправить счета, проверить состояние инвентаря и даже самой починить шкафчик в раздевалке.
За последние три года она научилась стольким вещам, что и перечислить было бы сложно. Став предпринимателем, она быстро поняла, что это означало на самом деле: теперь Юки была и бухгалтером, и экономистом, и техником, и даже маркетологом. Ждать каждый раз парня, что умеет подкручивать механизм шкафчиков и гайки на станке было слишком долго, да к тому же дорого. Теперь каждый раз, когда Юки делала это сама, она в уме подсчитывала сэкономленное. Может, однажды она накопит на новую машину. Или на расширение школы.
Наскоро собравшись и умывшись холодной водой — лицо у неё опухло от слёз, и Юки надеялась, что хотя бы к обеду оно приобретёт более приятный вид — она оставила для Момо записку и спустилась к машине. Даже не заметила, как доехала до школы.