Глава 8. Верность.

Скрип кожаных ремней. Холодные металлические щипцы, впивающиеся в мягкую кожу запястий. Очередная "добровольная процедура" началась как всегда - с принуждения.

- Руки! - резкий безэмоциональный голос куратора Л. разрезал воздух, и первая девушка автоматически подчинилась, протянув худые руки к инъектору.

Новоиспеченная модель наблюдала, как её соседку буквально приковали к креслу. Как игла вошла в вену, несмотря на тихий стон сопротивления. Как глаза девушки стекленели от очередной дозы "Нектара".

- Следующая!

Толчок в спину. Шаг вперед. Очередь из девушек, покорно тянущих руки, как скот на убой.

- Нет... - неуверенно себе поднос пробормотала еще несовершенная девушка.

Тишина.

- Я сказала... нет!

Резко дернулась. Инъектор со звоном разбился о мраморный пол, и вдруг - будто пробка сорвалась с бутылки шампанского - все накопленные месяцами чувства вырвались наружу.

- Хватит! - её срывающийся голос, обычно тихий и послушный, теперь гремел по всему залу. - Вы видите, что они с нами делают?

Она обращалась к девушкам. Рванула руку, освобождаясь от щипцов. Капля крови упала на безупречный пол.

- Посмотрите на себя! Мы же даже дышать боимся без их разрешения!

Три модели в первом ряду инстинктивно прикрыли рты руками - привычка, выработанная годами. Но их глаза... В их глазах что-то пробудилось.

- Они превращают нас в кукол! - безымянная девушк схватила со стола шприц и швырнула его в зеркало. Треснувшая поверхность исказила десятки отражений. - А вы всё ещё верите в их "совершенство"?

Одна модель сорвала с шеи бирку с номером. Другая пнула инъектор. Третья просто закричала - громко, отчаянно, как будто впервые за годы позволила себе это.

Служители замерли в ожидании. Их взгляды, один за другим, повернулись к Рокси.

Куратор Х. медленно прошла вдоль строя. В глазах одних девушек - страх и мольба, других - надежда, которую они сами едва осознавали.

- Не хотите стать совершенными? Ваш выбор сделан, - её голос прозвучал как приговор.

Она повернулась к служителям:

- Всех. В подвал. Без исключений.

На колени упала модель, до этого оставашаяся в стороне:

- Прошу, прошу, п-п-п-пожалуйста! - слезы хлынули, руки, сложенные в молитвенный знак, дрожали.

Куратор Х. провела пальцем по браслету:

- Слезы - несовершенство.

Служители безприкословно и грубо начали выталкивать обезумевшую ревущую толпу прочь из зала. Дверь закрылась с мягким щелком.

"Отчетный терминал"

Инцидент подавлен. Потери: нулевые. Новый материал для исследований: 20 единиц.

"Запрос на отбор."

Ее подпись легла на сенсор ровно, без колебаний.

Откладывает планшет в сторону. Идеально складывает папки в стопку. Поправляет одежду. На холодном металлическом столе последняя капсула "Нектара".

Приглушенный знакомый голос за дверью слышится так далеко, словно сквозь сон:

"Рокси, ты там?"

Предсмертная галлюцинация? Уже неважно.

"Верность Дому. Верность совершенству." - проговаривает четко и уверенно, но ее никто не слышит.

Вломившийся в аппартаменты служитель Киллиан обнаруживает только лишь бездыханное румяное тело, обсыпанное веснушками. Как будто снова живое.