Глава 6 «Неожиданные откровения »
Я сидела в своей комнате, погружённая в приглушённый свет лампы и тёплую тишину, когда неожиданно дверь чуть приоткрылась, и в комнату осторожно заглянул Фред. Его взгляд встретился с моим, и в этом мгновении весь мир словно остановился — я почувствовала, как сердце сжалось от неожиданной радости.
Не мешкая, я подскочила и побежала к нему навстречу, не в силах удержать эмоций. Когда мы оказались рядом, я крепко обняла его, ощущая тепло его тела и знакомое спокойствие. Шёпотом сказала:
— Я так скучала... без тебя всё казалось пустым.
Фред улыбнулся, и в его глазах я увидела такую же тоску и нежность.
— И я тоже скучал, — ответил он, мягко проводя рукой по моим волосам.
В этот момент он достал из внутреннего кармана пиджака маленькую коробочку, аккуратную и тщательно упакованную. Сердце застучало учащённо, когда он протянул её мне. Я взяла коробочку в дрожащих руках, трепетно открывая её. Там лежал изящный кулон — тонкая цепочка с маленькой подвеской, которая словно ловила в себя лучи света и отражала их сотнями искорок.
— Он невероятный, — прошептала я, не в силах отвести взгляда от подарка. — Спасибо тебе...
Не удержавшись, я нежно поцеловала Фреда в щёку. Его щека была тёплой, и я почувствовала, как в груди заиграла радость. Он улыбнулся, немного смущённый, но искренний.
— Хочешь, я тебе почитаю? — предложила я ,
— Очень хочу, — ответил он,
Мы устроились на кровати: он прилёг близко, я облокотилась на его плечо, держа книгу. Его дыхание ровное и спокойное стало моим якорем, а слова, которые я читала, словно наполняли пространство вокруг теплом и уютом. Голос Фреда — тихий, но уверенный — сопровождал мои мысли, и я чувствовала, что вот оно, настоящее счастье: моменты близости, когда ничего больше не нужно.
— Спасибо тебе ещё раз , — сказала я, не отрываясь от книги,
Фред улыбнулся и крепко сжал мою руку. Мы молчали, наслаждаясь тишиной и теплом, которые были важнее слов. В этом маленьком мире, созданном из любви и простых радостей, я почувствовала себя по-настоящему счастливой.
Влажный холод будто пронизывал даже самые тёплые уголки замка, заставляя плечи невольно вздрагивать и хочется завернуться поглубже в одеяло. Я лежала в кровати, ощущая лёгкую колючесть мороза за стеклом и тихий стук собственного сердца — и вдруг вспомнила...
— Чёрт, я же обещала сходить к Теодору и забрать свою книгу по зельеварению! — подумала я и медленно поднялась с одеяла.
Тело было сонным и тяжёлым, но чувство ответственности перебороло усталость, я осторожно разбудила Фреда.
— Фред, я пошла к Теодору, — тихо сказала я,
Он сонно промычал что-то в ответ, но выглядел так, будто уже знал, куда я собираюсь. Я улыбнулась и тихо вышла из комнаты.
Хруст снега под ботинками слышался в коридоре — воздух был морозным и свежим. Гулять зимой — одна из тех редких радостей, когда обычная прохлада смешивается с магией повсюду. Мне хотелось скорее добраться до крыла Слизерина, где жил Теодор.
Зайдя в гостиную, я увидела брата . Он сидел у камина и, заметив меня, кивнул в приветствии.
— Привет, — сказал Драко, его голос был тихим и ровным, как всегда.
— Привет, — ответила я, стараясь не замерзнуть, и сразу спросила: — Ты знаешь, где сейчас Теодор? Он у себя в комнате?
— Да, — ответил Драко
Я кивнула и отправилась по лестнице на второй этаж.
У самой двери к его комнате я глубоко вздохнула и постучала.
— Это я, Дафна, можно? — спросила я, слегка улыбаясь.
— Входи, — послышался тихий ответ.
Я тихо приоткрыла дверь и сразу почувствовала, что что-то не так. В комнате воцарилась какая-то тяжёлая тишина, и он сидел, опустив голову, словно весь мир навалился на его плечи. Его лицо было бледным, а взгляд — потухшим и рассеянным.
Моё сердце сжалось от тревоги. Обычно он постоянно движется, улыбается, а сейчас словно исчезла вся энергия. Я сделала шаг ближе, голос мой дрожал:
— Ты в порядке? Что с тобой?
— Заболел, за чем ты пришла? — спросил он медленно подняв голову.
— Я пришла за книгой по зельеварению, — сказала я
Он кивнул и, приподнимая голову, указал в сторону комода.
— Там... — прохрипел он, — книга.
Теодор вдруг закашлялся, и его глаза на мгновение закрылись, словно усталость брала верх. Я подошла ближе и осторожно приложила руку ко лбу — оно было горячее.
— Ты горишь, тебе нужно выпить лекарство.
Он повернул голову и хмуро пробормотал:
— Не хочу пить эту гадость... Она ужасная.
Я улыбнулась, прикрыв его ладони своими.
— Понимаю, но иначе не станет легче. Пожалуйста, ради меня.
— Ты меня уговариваешь? — он усмехнулся, слабый, но улыбнулся.
— Да, — ответила я, — потому что мне не хочется видеть тебя таким.
Теодор сдался и позволил мне дать лекарство. Я помогла ему выпить тёплую жидкость, затем побеспокоилась, чтобы он более удобно устроился на кровати. Когда уже собиралась уходить, он неожиданно схватил меня за руку.
— Не уходи, — попросил он тихо, — останься со мной, пока не засну.
Моё сердце отозвалось теплом. Я села рядом на кровать. Когда он положил свою голову на мои колени, я почувствовала, как нежно касаюсь его шоколадные кудри. Они были мягкими, чуть растрёпанными — словно реагировали на каждое моё прикосновение. Пальцы осторожно проводили по густым локонам, словно поглаживая что-то хрупкое и очень близкое. Каждое движение было медленным, почти как будто я боялась нарушить эту хрупкую тишину между нами.
Его карие глаза, которые я увидела, когда он ещё не уснул, казались усталыми, словно в них смешалась тяжесть долгой борьбы с болезнью и какое-то глубокое, почти детское доверие ко мне. Они были такими искренними и открытыми, что я невольно задержала взгляд, не отводя глаз. В этих глазах было столько невыраженной боли и одновременно надежды, что моё сердце... начало стучать иначе, громче, выделяя его в отдельный мир, в который отпускалась только я.
При этом я ещё сама не осознавала до конца, что те чувства, которые вдруг появились, — не просто забота или дружба, а что-то гораздо глубжее. Эта мягкая, тихая близость, тепло его кожи под моей рукой и тёплый запах, который исходил от него, вместе с зовом его взгляда — всё это переплеталось, вызывая в душе растерянность и трепет, который я ещё не могла назвать словами.
— Спасибо тебе, — прошептал он после минуты молчания.
— За что? — спросила я улыбаясь.
— За то, что не пришла просто за книгой, — сказал он, — а осталась
Я прижалась к нему чуть ближе
— Ты мой друг детства, я не могла тебя оставить.
Он смотрел на меня, и в его усталых глазах промелькнуло что-то большее. Я не сразу могла ответить, но на душе стало тепло.
Постепенно я почувствовала, как сон накрывает меня, теплая голова на моих коленях и тихое дыхание приглушаемое приближающейся дремоте.
Проснулась я тихо, едва шевеля веками, и первое, что почувствовала — тепло и покой. Открываю глаза, и вижу знакомые черты
— Теодор.
Его рука нежно обвивает мою талию, удерживая, словно защищая, а вторая — ласково гладит бедро той ноги, которую я, практически неосознанно, закинула на него. Этот контакт кажется таким естественным, будто мы связаны невидимой нитью. Я чувствую его дыхание, которое спокойно ложится на мою кожу; его тепло легче всего воспринимать сердцем.
— Доброе утро, соня, — слышу я его тихий, но уверенный голос. Его слова словно нежный шёпот, который можно услышать только в самые тихие минуты на рассвете. Мало кто способен так сказать «доброе утро», чтобы это казалось сказкой.
Я медленно ворочаюсь, ощущения сливаются с мыслями, заполняя всё вокруг.
— Я уснула у тебя, — свои слова произношу почти неслышно. — Сколько сейчас времени? Мне, наверное, уже пора идти
Теодор прижимается чуть крепче, не спеша, и мягко просит:
— Останься ещё немного. Давай просто полежим.
В моём грудном ритме появляется небольшое сопротивление — мне неловко, я не привыкла сидеть так близко, ощущая на себе его заботу и пыл. Внутренний голос подталкивает меня, я медленно и осторожно пытаюсь подняться.
Неожиданно мир вокруг меня качается, голова кружится, и я теряю равновесие. Моё тело будто отказывается слушаться, и я падаю вниз. В следующий миг чувствуются крепкие, сильные руки Теодора, которые ловят меня за спину, не давая упасть. Другой рукой он опирается о пол, удерживая себя и меня на весу.
Наши лица оказываются на расстоянии всего в миллиметр — дыхание смешивается в тесном пространстве между нами. Я могу видеть каждую деталь его лица: лёгкое напряжение в глазах, чёткость линии губ, нежность, спрятанную в каждой морщинке. Наши взгляды сцепляются, словно два маяка в тишине, предоставляя возможность увидеть друг друга по-настоящему.
Моменты растягиваются, словно время остановилось. Нет ничего важнее этого соединения — света в глазах, тепла прикосновений, откровенности без слов.
Вдруг резкий звук роняет волшебство: дверь распахивается, и в проёме появляется Фред Его взгляд мгновенно падает на нас — и я чувствую прилив смущения, словно весь мир сжалился и наблюдает за этим едва заметным, но важным моментом. Сердце резко бьётся, будто нарушая хрупкий ореол близости.