Глава 10

Ракель

Мне в голову приходил самый отчаянный, самый безумный, но лишь один вариант. К нему...

Я не могла пойти в больницу. Начнутся расспросы о том, что со мной случилось, кто меня так избил. Обратятся ещё и в полицию, чтобы я дала показания. А у копов я точно фигурировать не могла — я сама киллерша, член криминального преступного мира. Убийца, чьи руки по локоть в крови. Я не могла вызвать скорую. Но и позаботиться о себе — тоже...

Пришлось остановить машину с наставленным ножом у горла парня — он понял быстро. Довёз до нужного места. Я сунула ему все деньги, что были в заднем кармане, велела забыть моё лицо. А дальше — пешком. Долго. Намеренно высадилась за три квартала, чтобы не светить адрес.

Я волочилась по темной улице, считая фонарные столбы, чтобы отвлечься от боли. Каждый шаг отдавался в костях и внутренностях.

Шла в дом своего самого опасного врага и отчаянно надеялась, что он окажется там. Страшное осознание, с которым я прежде легко примерялась, сейчас пришло как удар: у меня нет никого, кроме врага. Больше некуда.

Ненависть — хоть что-то, чем безразличие. Он не будет меня жалеть, но я точно знала чего от него можно ожидать.

Пальцы не слушались. Кнопка звонка расплывалась перед глазами. Я нажала раз. Звук показался чужим, будто не отсюда, из-за шума в ушах. Прижалась лбом к холодному металлу темно-серых ворот. Кепка на голове сдвинулась.

Нажала ли я вообще? Хватили ли силы надавить на звонок? Стук ладонью — слабый, бессмысленный.

Если его не окажется — всё.

Но замок щелкнул почти сразу. Дверь ворот открылась. Я едва не ввалилась, потому что тело не держало меня, я опиралась рукой о край.

Он подхватил меня за плечо, позволяя устоять. Я поморщилась от боли. Его ледяной взгляд прошелся по мне — хватило секунды, чтобы всё оценить, и глаза стали ещё холоднее.

— Где болит?

Я попыталась ответить, но воздух застрял в груди. Избитые губы всё же зашевелились:

— Список длинный... — Я усмехнулась сквозь боль.

Он не заценил, и правильно. Потому что, серьезно? Я пыталась сейчас шутить? Но я спасала так свой разум. Я не понимала почему он спрашивал именно это, но на усмешку было потрачено слишком много сил.

— Ракель?

— ...Живот.

Слово вышло сдавленным, глухим шепотом. Почти неслышным. Я пошатнулась. Больше не получалось держаться. Он сжал челюсть.

— Кто.

Это не был вопрос. Приговор.

Я уже не могла ответить. Колени подогнулись. Меня повело, мир накренился и земля уходила из-под ног. Но я почувствовала, как он шагнул близко и тут же поймал меня, прежде чем я рухнула.