Глава 14 из 14

14. +эпилог

Глава 14 Always Ребекка, как и было обещано, явилась ко мне буквально через пару минут после ухода Фелтонов и профессора Бхатии. Первым делом целительница спросила: — Эшли, что я могу для тебя делать? Я задумалась на несколько секунд. — Не давай мне спать, — произнесла я, поняв, что больше всего на свете не хочу снова оказаться один на один с Темным Писанием. Было видно, насколько сильно Скотт хотела задать тот самый ужасны вопрос «что я могу для тебя сделать», но Луна мужественно сдержалась. И слава богу. Понятия не имею, как бы отреагировала в нынешнем положении на такую фразу. Ребекка старательно пыталась вести непринужденную светскую беседу, улыбалась, шутила, но я чувствовала, насколько ей тяжело давалось такое просто, в общем-то дело. Луне было страшно находиться рядом с умирающим, и я понимала ее чувства. Меня саму мелкой дрожью трясло, когда пришлось сидеть с умирающей бабушкой. До сих пор стыдно… Но я в тот момент видела не своего близкого человека, а смерть. И Ребекка теперь тоже видела вместо меня, своей подруги, именно смерть. Словом, разговор не клеился, и когда из коридора донесся какой-то странный шум, я даже обрадовалась, надеясь отправить Луну решать проблемы факультета некромантии, и немного побыть одной. С чего вообще в тихой царстве смерти вдруг началось какое-то движение, учитывая, что никакой вечеринки не намечалось, то все это было более, чем странным… — Пойду посмотрю… — произнесла Ребекка, открывая дверь комнаты… и тут же получила в лоб. Пожалуй, ничто не могло повергнуть меня в больший ужас. Ребекка Скотт, Луна, признанная первая дама университета и подруга детства Фелтона! Да ее пальцем никто не смел тронуть! Тем более, когда речь заходила о студентах факультета некромантии… На лежащую у его ног девушку с явным удовольствием смотрел Лесли… Милый толстяк Лесли, с которого после той исторической вечеринки мы с Полозом стаскивали мою юбку. — Привет, Эшли, — как-то не очень хорошо улыбнулся мне некромант и переступил через лежащую без чувств Луну. Бежать было попросту некуда, если только из окна сигануть, но с четвертого этажа — и на замковую брусчатку. Словом, у деваться мне некуда. — Лесли, ты что творишь? — спросила я, делая вид, что ни черта не понимаю в происходящем. Вот только я понимала все и даже больше. День рождения Максин. Подарок. Чертов подарок, который в итоге взорвался! И ведь Лесли был близким другом Тони Аберкромби, бедняги Тони… Пока Фелтоны пытались спасти меня, они махнули рукой на поиски крысы среди некромантов. И все это время Лесли просто выжидал. — Тебя приглашают в гости, Эшли, — все с той же мерзкой улыбкой протянул некромант. Вот же черт… Черт! У меня ни капли магии, все сожрало Писание! — Лесли, не смей! — воскликнула я, надеясь достучаться если не до совести парня, то хотя бы инстинкта самосохранения. — Полоз тебе голову оторвет, ты ведь знаешь! Некромант махнул рукой. — Фелтоны придут в ярость, но Лестеры вознаградят. Впрочем, мы уже заболтались с тобой. В итоге я получило свой удар по голове… и снова погрузилась во тьму. Чтобы снова оказаться лицом к лицу с Темным Писанием. — А ты быстро вернулась, — констатировал мужчина, который не выражал никакой радости по этому поводу. — Угодить в такую глупую ловушку Лестеров. Право, я разочарован, как тебе, так и в Кассиусе. Стоило только заработать «таймеру», который начал отсчитывать время твоей жизни, как мальчишка потерял всяческое самообладание. И разум заодно. Точно недоволен. — Можешь радоваться, Лестеры наверняка не дадут тебе исчезнуть, — горько усмехнулась я. Скорее всего, и меня заодно угробят. Писание уставилось мне в глаза. — Как будто мне это даст хоть что-то. Я насторожилась. — А разве не даст? — уточнила я на всякий случай, понимая, что не хочу терять даже призрачного шанса на спасение. Полоз постарается меня вытащить… Как только узнает, что я вообще куда-то делась, а «благую весть» он получит, только когда вернется в университет от родителей. Значит, нужно каким-то волшебным образом выпутываться самой… И пусть я, конечно, никогда не обладала нужной изворотливостью… Но хочешь жить — вертеться придется научиться. — Я устал от этого… существования. С тех пор, как меня пробудили, оно стало совершенно невыносимым! — воскликнуло Писание с теми самыми интонациями, которые я привыкла слышать от моего парня. Мне бы, наверное, даже удалось посочувствовать заключенному в артефакт магу… Если бы он не пытался убить меня саму и — что куда хуже! — Полоза! — Лорд Лестер наверняка попытается тебя починить, — скривилась я, стараясь не думать, чем эта «починка» обернется для меня самой. Тот, кто звал себя Френсисом Фелтоном, зло рассмеялся. Возможно, у меня есть шанс использовать Темное Писание против Лестера… Это единственная возможность спастись. — О да. Починить, а заодно еще и переделать под себя. Даже когда я все еще был жив, они пытались обойти наш род. А управление Темным Писанием завязано напрямую на кровь Фелтонов. Стало быть, меня попытаются выдрать из тебя, а потом изувечить так, чтобы и Лестеры могли управлять мной. И вот мне достался еще один «фирменный фелтоновский взгляд». — Ты ведь тоже не слишком хочешь, чтобы это произошло, не так ли? Точно Фелтон. Никто из этого семейства не позволил бы водить себя за нос, люди этой породы предпочитают сами дурачить. — Хочешь что-то предложить? — напрямик, как и привыкла, спросила я, махнув рукой на хитрости. Ведь раскусит же… Ухмылка на породистой физиономии некогда темного мага заставила бы кого угодно подозревать недоброе. — В чем-то я даже понимаю этого мальчика, Кассиуса, — протянул артефакт, опасно приближаясь ко мне. — Такая искренность, прямота… Да, хочу предложить. Ты не в состоянии справиться с Лестерами, но мне это по силам. Если ты мне позволишь. «Если ты мне позволишь». Как же мне не нравилась эта формулировка… — Полоз же что-то сделал, и ты теперь… не можешь теперь на меня влиять какое-то время. Писание кивнуло. — Верно. Ни влиять на тебя, ни управлять тобой. Я заперт словно бы в вакууме и совершенно беспомощен. Оригинальное заклинание, я сам когда-то начинал работать с ним… Приятно видеть, что мои труды не пропали зря, пусть даже он и использованы в итоге против меня… Но ты можешь выпустить меня, вот в чем суть. И тогда Лестеров мы просто размажем. Ты и я. Заманчиво? Да ни черта это было не заманчиво! Меня от страха трясло от мысли, что данная Полозом отсрочка закончится и Писание снова начнет меня поглощать, а ведь такой поворот неизбежен, если защита, поставленная его змейством исчезнет. Лестеры меня скорее всего убьет, а вот Темное Писание убьет гарантированно… — Защитная магия настроена на твоем желании меня сдержать. И если ты захочешь другого… — говоря это, Френсис Фелтон, или кто он там на самом деле, подошел вплотную и в глаза смотрел так провокационно. «Это не по-настоящему, не по-настоящему. Здесь он ничего не сможет мне сделать», — твердила про себя как молитву я. Утешало хотя бы, что Писание точно не может проникнуть в мои мысли… иначе бы знало, что мое сознание просто не воспринимает попытки соблазнения. Даже от собственного любимого человека, не говоря уже о совершенно посторонних и подозрительных типах. — А если не захочу? — уточнила я скептически, делая шаг назад. Где бы мы ни находились с Френсисом Фелтоном, тут не было стен и бегать от него я могла бесконечно долго. — А это мы еще посмотрим, — усмехнулся мне мужчина. И я проснулась. — Вот же дерьмо, — шепотом выругалась я, понимая, что пусть в беспамятстве мне и было плохо, однако реальность тоже превзошла все ожидания. Я лежала прямиком на каменном полу, похоже, в каком-то замке. Крохотное окошко под самым потолком было единственным источником света. Выход перекрывала тяжелая, обитая железом дверь. Ну, и чтобы я точно никуда не делась, меня еще наручниками приковали к металлическому кольцу, вбитому в стену. Судя по тому, что мне не отжалели даже паршивенького соломенного тюфяка, да и никакой даже самой примитивной замены унитаза не наблюдалась, заботиться о моем здоровье никто не собирался. Стало быть, по плану похитителей я должна прожить недолго. — Черт… Вот же черт! — почти плакала я. Надеяться я могла исключительно на Полоза и на ту связь, которая появилась между нами. Мои молитвы были услышаны… но исполнили их как-то извращенно: вместо Фелтон ко мне заявил Дэниэл Лестер. Зря только беспокоились за гаденыша, он всего лишь поспешно унес ноги под родительское крылышко… Все-таки я ошиблась в нем. Нельзя думать о людях хорошее, если не хочешь потом оказаться в наручника в каком-то каземате без надежды на спасение. — Господи, Грант! — как будто бы ужаснулся Лестер увиденному и тут же оказался рядом, стаскивая с себя пиджак и накидывая мне на плечи. — Поверить не могу… Я постаралась как следует ударить этого мерзавца, но боевым магом из нас двоих был именно гаденыш, к тому же моя левая рука всегда была куда слабей правой. — Грант! Я ничего, совершенно ничего не знал! — воскликнул Дэниэл. — Да что же отец такое творит?! Я… Я поговорю с ним. Интересно, он настолько хороший актер или просто настолько дурак? — Поговорил уже… Я демонстративно позвенела наручниками. Господи, ну почему только я оказалась в такой кошмарной ситуации?! На глазах снова закипали слезы, но лить слезы перед мелким гаденышем — права была леди Гринхиллл, гаденыш он и только — казалось попросту унизительным. Плакать я могла только при близких. — Вот и результат твоих разговоров, Лестер. Доволен? Тот тихо выругался под нос и сел рядом со мной на корточки. — Грант, я даже подумать не мог… Отец клялся… Видимо, его клятвы не стоят ничего. По крайней мере, те, что он давал мне. Дэниэл заглянул мне в глаза. — Я не хотел такого… И я постараюсь тебя вытащить, обещаю! Свяжусь с Кассом, с Даф… Постараюсь… Я до последнего не верил, что отец способен пойти на что-то действительно дурное. Кажется, ошибался. Я не сбегал из университета. Меня забрали. Подчиненный отца явился, не дал ничего взять, даже за паспортом зайти. И передать сообщения кому-то из вас мне тоже не удалось… Лестер говорил быстро, буквально захлебывался воздухом, глаза у него лихорадочно горели. Парень сжимал и разжимал кулаки, и вроде бы действительно сильно расстраивался из-за того, как все обернулось. Но как я могла верить ему сейчас? — Мы выкрутимся, Грант, — решительно заявил мне Лестер. — Я не позволю отцу… Даже если и так… Что может Дэниэл, мальчишка без диплома, не обладающий даже самой маленькой властью против лорда Лестера? Ничего, мы оба это понимаем. И даже леди Гринхилл не удастся вот так запросто до меня добраться, ведь кто позволит ей вот так запросто вломиться в дом состоятельного и уважаемого человека? Тут как минимум ордер надо получить, наверное… — Боюсь, что нет. Разве что случится чудо. Или я решусь принять предложение Темного Писания… — Что хуже, Лестер, свободное Темное Писание или Темное Писание в руках жадного до власти и, подозреваю, бесчестного человека? — спросила я, опустив глаза. Кот молчал несколько секунд. — Ты меня пугаешь, — в итоге с очевидным трудом выдавил он. И это я его пугаю. — А ты думаешь, сама я не напугана? — спросила я, кутаясь в пиджак Лестера. С ним стало пусть самую малость, но все-таки лучше. Кот взял меня за свободную руку и произнес: — Держись, слышишь? Ради Касса. Он без тебя уже не сможет. Поэтому не сдавайся. И я на твоей стороне. Не сомневайся. Как можно было не сомневаться? Как вообще можно было в моем положении сохранять уверенность хоть в чем-то? Лестер ушел, а я осталась наедине с собственными безрадостными размышлениями… Шансы на спасение были настолько малы, что в пору было размышлять о том, как перед кончиной нагадить как можно больше врагу. Но и тут у меня не было так уж много возможностей, чтобы сделать гадость лорду Лестеру. Несправедливо… Вот просто несправедливо! Солнце начало клониться к закату, в моем каземате стало еще холодней, и я куталась в пиджак Дэниэла, жалко хлюпая носом, то ли из-за простуды, то ли из-за с трудом сдерживаемых слез. Связываться с Темным Писанием — гарантированная смерть… Когда потемнело, за мной явились какие-то крепкие парни, которые вели себя как натуральные зомби: на крики и слезы не реагировали вообще никак, просто молча делали свое дело. Я бы и думала, что они только нежить, вот только руки у моих тюремщиков оказались теплыми, как у нормальных живых людей. Значит, просто мерзавцы, которые ради денег способны на все… Видимо, Полоз не успеет меня спасти… Господи, что мне теперь делать? Наверх меня тащить никто не собирался, втолкнули в какую-то лабораторию, заставили сесть на кресло, и пристегнули ремнями. Как не электрическом стуле, честное слово… Мерзкая ассоциация. А лорд Лестер у нас, видимо, тот еще затейник. Просто жертвенник его, видите ли, не устроил, решил чего пооригинальней. Вокруг стояли стеллажи, столы, с ретортами, реагентами, какие-то коробки… Прямо как в кабинете алхимии. На полу и стенах были вычерчены тускло светящиеся магические фигуры, о предназначении которых я могла только догадываться. Сам хозяин этого великолепия не спешил ко мне, и это чертовски сильно радовало. Чем дольше я его не увижу… В лаборатории оказалось куда теплей, чем в моем узилище, так что меня быстро разморило и я заснула. Первым делом я увидела всю ту же знакомую физиономию Френсиса Фелтона, на которой сияла все та же довольная усмешка, с которой он меня неизменно встречал. Вот же… Фелтон. — Ну что, девочка, — протянул он, — доблестный спаситель все никак не спешит к тебе? Я промолчала, не зная как ответить. — Кассиус еще мальчишка, пусть и достаточно одаренный, — с картинной грустью произнес мужчина и вздохнул. — Ты осталась одна. Ну, точней, со мной. Понятно, к чему все идет. — У меня еще есть время. И у Полоза — тоже. Он меня спасет. Вот увидишь. Если в нынешнем состоянии он вообще способен что-то видеть, запертый где-то во мне. — Или ты увидишь, детка. Мне жаль тебя, действительно жаль, — тихо произнес он, вроде бы даже искренне. — Но обстоятельства так сложились… На мгновение я заметила грусть в глазах Френсиса Фелтона и даже… пожалела его. — Как так вышло с тобой? Почему ты стал… И Полоз даже сказал, будто никаких Френсисов в их роду не было вовсе. Писание не выглядело удивленным. — Плохие истории забывают легко и быстро… Видишь ли, мы не поладили с моим братом. Старшим братом. Не скажу, что я был исключительно пострадавшей стороной, да ты и не поверишь мне, детка, верно? Разумеется, я не собиралась верить в его полную и абсолютную невиновность. Не с его физиономией. — Мы желали внимания одной и той же дамы. Она была красива, умна, горда и неприступна как замок. Женился на ней брат… — произнес как-то странно, глухо Френсис Фелтон. Словно каждое слово причиняло ему боль. — Умолчим, что именно он для этого сделал. Но связь у нее была именно со мной. Сам не знаю почему. Мы с братом вели совместно некоторые исследования, часть из них как раз касались создания особых артефактов, разумных, одушевленных. И однажды я к собственному удивлению стал расходным материалом для ритуала. Вот и все. Почему-то вместо печали в словах Темного Писания звучал яд. — Видимо, было что-то еще? — с подозрением уточнила я, понимая, что это однозначно не конец истории. Мужчина кивнул. — Разумеется, было. У моего дорого брата Рэймонда был только один ребенок. Сын Седрик. Улыбка… О, эта дивная фамильная улыбка Фелтонов, которая намекает на то, что была реализована просто феерическая гадость. И в данном случае могла быть только одна гадость… — Твой сын? Улыбка Федтона стала еще шире и довольней. — Разумеется. Я вздохнула. Кто бы сомневался? — Мотив посмертной мести в фольклоре, реализованный на практике. Настоящий Фелтон, как ни погляди. Даже умерев, все равно умудрился урвать свое и победить. Потому что в итоге именно его линия стала основной в роде Фелтона. Вот же… даже слова подобрать не удастся. Не гад, а что-то куда более масштабное. — Я оказался в большей степени Фелтоном, чем он. Вот и все. Когда двое из нашего рода сцепляются, то побеждает тот, кто сильней. Потрясающий цинизм. — То есть ты пытаешься убить собственного потомка по прямой линии, — произнесла я, чувствую такую горечь, что словами не выразить. Как так можно? Темное Писание только головой покачало с грустной улыбкой. — Пытаешься достучаться до совести… Мило и, думаю, вполне в твоем духе… Мне жаль Кассиуса, девочка, очень жаль, но — увы! — я не способен на такое же великодушие самопожертвование. Слишком жить хочется, уж прости. Я шестьсот лет был всего лишь вещью, безмолвным оружием… Я хочу жить! Самое ужасное, мне было легко понять чувства мужчины… И я не знала, как бы повела себя на его месте… Смогла бы отказаться от идеи заполучить новое тело? — Кассиус тоже хочет жить, — тихо отозвалась я и снова пришла в себя, не успев получить ответ от Френсиса Фелтона. — Милорд, кажется, она приходит в себя! Именно эту фразу я услышала первой, когда пришла в себя. Все та же комната, все то же кресло, и спасать меня пока никто не спешил. Рядом обнаружился лорд Лестер, что предсказуемо, его сыночек с абсолютно равнодушным выражением не физиономии, ухмыляющийся Лесли и… и худощавый темноволосый парнишка, который опять-таки мне очень сильно кое-кого напоминал. — Что, внебрачных Фелтонов вы коллекционируете? — напрямик спросила я. — А мальчишка знает, что его предшественника вы с легкой душой пустили на убой? Полозу обычно легко удавалось внести смятение в стан противника парой-другой метких фраз. У меня вот так не вышло: неизвестный пацан бросил на меня короткий нечитаемый взгляд и продолжил суетиться вокруг. На кой черт вообще мальчик понадобился Лестерам? Дэниэл послушно выполнял приказания папочки. Видимо, спасать меня он передумал, решив, что поддержать семью выгодней… Вся эта компания чертила какие-то дополнительные линии, выкладывала драгоценные камни. Похоже по мою душу — хотя нет, по душу Темного Писания — готовился шикарнейший ритуал, о значении которого я могла только догадываться. Френсис Фелтон бы точно понял… — То, что вы делаете, уголовно наказуемо! В лучшем случае! — продолжила я пытаться хоть что-то сделать. Жить хотелось как никогда сильно. — А в худшем случае леди Гринхилл вам оторвет все, что можно оторвать! В то, что Дафна Гринхилл непременно за меня отомстит я не сомневалась ни на йоту. Другое дело, когда именно она это сделает. Лорд Лестер еле слышно усмехнулся, вероятно не верил в способность инспектора по-настоящему отравить кому-то жизнь. Зря. Очень даже зря. — И неужели же вы думаете, будто сумеете подчинить себе Темное Писание? Смешно даже, — издевательски протянула я, пытаясь копировать интонации Полоза. — Да у вас всех вместе взятых ни ума, ни силы не хватит! Писание вас просто сожрет! Каждого из вас! Или хотя бы честно постарается. Лорд Лестер подошел ко мне вплотную и посмотрел прямо в глаза. И в тот момент я поняла, что даже во взгляде Френсиса Фелтона и то было больше человеческого. Черт, да я даже понимала в какой-то мере Писание. Оно просто жить хотело! А вот папочка Дэниэла терзался жаждой власти, которая, похоже, поглотила в нем все хорошее и светлое. Если предположить, что это хорошее и светлое вообще в лорде Лестер изначально имелось. — Ну-ну, девочка, это будет небольно. Да и не стоит слишком сильно сотрясать воздух, поверь мне. Или ты рассчитывала на то, что мой сын станет тебе помогать? Для темных магов главное — семья, пора бы уже понять после стольких месяцев рядом с Фелтонами. А еще темных подчас совесть бывает. Возможно, это, конечно, не относится к Дэнни… Но почему этот гад так методично и последовательно помогает своему дорогому папочке меня убивать?!

Он же помочь обещал! Вижу теперь, как он старательно помогает. Даже в мою сторону не смотрит. — Верно, Дэниэл? — обратился лорд Лестер к послушному отпрыску. Кот выпрямился и уставился на отца стеклянным преданным взглядом. — Разумеется, отец. Никогда никому не желала смерти… Теперь вот пожелала. Пожелала Лестерам сдохнуть особо мучительной смертью, причем на голову младшего я призывала куда больше. Зачем он меня обманывал, заставлял надеяться… Гаденыш. Действительно, мелкий, злобный гаденыш! Хоть бы слово против своему папочке сказал! — Интересно, как будет корчиться Фелтон, оставшись без свой рыжей пигалиц, — с удовольствием протянул Лесли и посмотрел на меня… как моя мама, когда увидела дохлую крысу на нашем газоне. Вот уж кто точно хороший актер… Его ведь даже Полоз не раскусил, а уж он прекрасно разбирался в людях. Сколько, оказывается, ненависти и подлости скрывалось в нашем неказистом добродушном Лесли… И, видимо, он достаточно давно якшается с Лестерами, раз знает о темных. Сам-то Лесли, маг во втором поколении, никак к ним не относился. — У тебя будет шанс лично все увидеть, мой мальчик, — усмехнулся лорд Лестер, — участь темного мага, оставшегося без выбранной пары печальна. На это Дэниэл тоже никак не отреагировал. Вот тебе и друг детства… Через полчаса все приготовления были окончены. И я поняла, что именно сейчас я умру. А помочь некому. Полоз так и не появился… Может, он пока даже не знает, что его девушку похитили. Заговаривать с кем-то я больше не пыталась, меня все равно игнорировали по большей части. Лорд Лестер явно не собирался играть клишированного злодея из второсортных фильмов и выдавать получасовой монолог о своих коварных планах явно не собирался. Даже время никак не потянуть… — Ну, приступим, наконец, — довольно протянул лорд, оглядывая результат своих трудов. — Эрик, будь любезен. На каждую свечу нужно капнуть твою кров. И первую строфу читать тебе. Все помнишь? Значит, мальчика зовут Эрик. А фамилия наверняка не Фелтон. Наверняка один из неучтенных бастардов. Лестеры их не иначе как коллекционировали. Эштон, Эрик этот теперь. Может, где еще два-три завалялось на всякий случай. Для крови, ритуалов и прочего. — Да, сэр, — равнодушно ответил сопляк, будто и не собираются на его глазах человека убивать. Голос у него тоже изрядно смахивал на голос Полоза или Темного Писания. Я сжала зубы, пытаясь держаться до последнего. Рядом нет Полоза, значит, Писанию не удастся получить его тело. А я… Я и так не выживу. Но почему все это выпало именно мне?! Лорд Лестер начал читать заклинание после своего малолетнего помощника. Голос его звучал глухо, жутко… Краем глаза я увидела, как выскользнул за дверь Дэниэл. Трусливый чистоплюй… Наворотил дел, а теперь смотреть не желает. Зато Лесли и этот мальчишка, похожий на Фелтона пялились с такой мерзкой жадностью… Интересно, что им посулили? Начали светиться камни, разложенные по углам магической фигуры… Пора. «Я хочу, чтобы Френсис Фелтон получил свободу», — принялась твердить я про себя, пытаясь разрушить поставленную Полозом защиту. Видимо, получилось, потому что знакомый холод вернулся. Что ж, спасти меня Писание точно не спасет, зато, надеюсь, хотя бы отомстит. Лорд Лестер произнес последнюю фразу… И что-то рвануло… «И какого черт?..» — только и успела подумать я, перед тем как потеряла сознание. Пришла в себя я на том же кресле, все еще привязанная. Ладно, хотя бы жива… Уже радость. И старший Лестер, и Лесли, и неизвестный мальчишка лежали на полу то ли без чувств, то ли мертвые… Хотя нет, пацан уже через несколько секунд зашевелился и даже поднялся на ноги, пусть и не с первой попытки. Господи, только бы ничего не сделал мне… Двигался мальчишка как-то странно, неуклюже… А потом посмотрел на меня, и тут же захотелось снова упасть в обморок. Эта широкая издевательская ухмылка, эта поднятая бровь… — Лучше, чем ничего. А ты удачно выпуталась, — протянул мальчишка, развернулся и вышел из комнаты. Тому, что исчез привычный уже холод, я даже не удивилась… И как только умудрился… Господи, что же теперь будет?! — Чертовы изворотливые Фелтоны… — простонала я, понимая, что фактически произошла самая страшная катастрофа, та самая, которую мы уже столько месяцев пытались предотвратить. Но не успела я как следует начать паниковать, как в комнату вломился Полоз с отцом, леди Гринхилл, профессор Бхатия, парочка полицейских и… чрезвычайно довольный Дэниэл, который тут же заявил: — Говорил же, что всех приложит! Требую аплодисментов за актерскую игру, это я пару камней подменил. А дорогой отец, славившийся своей проницательностью ничего не заметил. Так что, Даф, никакой я уже не мелкий гаденыш, а полноценный крупный гад! На слове «отец» голос Кота дрогнул. Не думаю, что пойти против родительской воли для Дэнни было легко. А я про него так дурно думала… Я начала нервно хихикать. Все-таки он был на моей стороне! Вот же… Господи, да я сама его убью за такие фокусы… Вот же поганец. И как же хорошо, что все они опоздали! Не знаю, как бы я пережила, вселись Писание в Полоза, его отца или леди Гринхилл. Все они для меня уже стали такими родными, даже Большой змей. Полоз первым делом бросился меня отвязывать. И глаза у моего парня были совершенно дикие, а руки мелко тряслись. — Господи, рыжая моя, как же ты умудрилась… — выдохнул он с облегчением. — А я опоздал… Если бы не Дэн… Страшно подумать… Эшли… Расправившись с ремнями, парень прижал меня к себе так, что ребра, кажется, хрустнули. Вот теперь точно все будет хорошо. — Успокойся, — прошептала я, едва не плача от облегчения и радости. — Все хорошо. Я жива, меня у тебя больше никто не заберет. Не бойся… Ты… хорошо, что ты опоздал. Казалось, будто весь мир исчез, остались только мы двое… Но мир, разумеется, не собирался мириться с таким поворотом событий и очень быстро напомнил о себе. — А где третий поганец? — тут же заметил отсутствие мальчишки Кот. — Тут был еще один помощник отца. Мальчик лет шестнадцати, на Фелтонов смахивает. Очень важный вопрос. — А где Темное Писание? — хватился Полоз, отлипая от меня. Полицейские, тем временем, заковывали в наручники лорда Лестера и Лесли. Все тут же уставились на меня. — Эшли, ты что-нибудь знаешь? — спросил встревоженно лорд Гарольд. Я тяжело вздохнула. — Знаю, что Фелтоны — самое изворотливое семейство. Дафна Гринхилл поняла все раньше прочих. — Темное Писание получило тело… И сбежало. С чем нас и поздравляю. Как думаете, когда ждать конца света? — нервно произнесла женщина и к концу фразы начала истерично хохотать. Потом, правда, немного успокоилась и произнесла: — Хотя бы Эшли жива… Полоз снова прижал меня к себе, как будто надеялся срастись со мной в одно целое. Господи, стоило выжить только для того, чтобы снова быть рядом с ним. Весь ужас случившегося доходил до меня постепенно, небольшими порциями… Могущественный древний артефакт на свободе… Да он наверняка совсем рехнулся за эти шестьсот лет взаперти! Что он может натворить — подумать страшно! — Ладно, кузина, объявляй пока Писание в розыск… — тяжело вздохнул Полоз. — А там посмотрим. Будем надеяться, что все-таки это… Фелтон. А Фелтоны мир захватывают, а не разрушают. Застучала по полу трость профессора Бхатии. Он подошел к своей невесте и обнял за плечи, пытаясь передать свою уверенность и спокойствие. Почему-то его известие об исчезновении Темного Писания особо не взволновало. — Дафна, чем бы оно ни было, а девочку убивать не стало. Уже хороший знак, не находишь? — сказал мой декан. — Хотя верно, в розыск подать действительно следует. А ведь и правда… Темное Писание не тронуло меня. Нет, может быть, просто торопилось унести ноги, но так сильно хотелось надеяться на лучшее. — Рыжая, ты знаешь… — задумчиво произнес Полоз, вынося меня наружу на руках. Не то чтобы это требовалось, ноги у меня не отказали, но его змейство решил в очередной раз доказать, что он мужчина. — Я столько всего передумал, пока тебя искал… Словом, у нас на следующей неделе помолвка. И это не вопрос. С нашей удачей стоит поторопиться. Лестер где-то сзади тихо рассмеялся. — Я же… — попыталась не слишком убедительно возмутиться я. — Эшли согласна, — ответила за меня леди Гринхилл. Сперва у меня слов не было для ответа, но спустя минуту… После того ужаса, через который мне пришлось пройти, страх перед помолвкой казался уже таким смешным, жалким, нелепым… Я же так сильно люблю Фелтона. — Черт с тобой, Полоз. Но ты сам виноват. Эпилог Keep on Keeping on — Фелтон! Фелтон! — донеслось из дальнего конца кабинета. Я только поморщилась из-за шума. Надо было написать срочно отчет по последнему поджогу до конца рабочего дня, а то если я опять задержусь после работы, то подожгут уже участок. Полоз и подожжет. Или — хуже того! — заставит уволиться с работы. Он это может. Заставил же замуж выйти, изверг, до того, как я диплом получила. Причем каким-то образом умудрился еще и ультиматум поставить, заявив, что несвободной женщиной я без него в кампусе в любом случае не останусь. — Да Эшли же! — окликнула меня Энн, моя коллега. — Ты когда начнешь на собственную фамилию отзываться? Ой. Стало быть, Фелтон — это меня. Ну да, других Фелтонов в нашем кабинете же не водится. — Прости, — улыбнулась я, обернувшись, — может, лет через пять привыкну. Энн тяжело вздохнула и укоризненно на меня посмотрела. — А сколько ты замужем? — Почти четыре года. Поженились мы сразу после выпуска Полоза, я тогда только пятый курс закончила и второе кольцо на палец не хотела. Но кто бы меня спрашивал, верно? Хотя нет, вру, на самом деле от пышной свадьбы я пришла в искренний восторг. Какая девушка не мечтает пройти к алтарю в пышном белом платье где ждет любимый человек? Нет, может, какая-то и не мечтает… Но я к ним точно не относилась. — Клиника, — подвела неутешительный итог Энн, поправив строение, которое почему-то называлось прической. Шикарную светлую гриву до пояса коллега сплетала во что-то поистине величественное и чересчур сложно. И не лень ей было возиться каждый день. А вот я волосы остригла по плечи, чтобы не мешали. — Твой поди возмущается… Я только улыбнулась. Всякое бывало. — Ну, что стряслось-то? — спросила я, пытаясь понять, чего ради меня решили отвлечь от работы. Энн фыркнула. — К нам двух малолеток на практику прислали. Девочки с пятого курса… И они такие… Словом, только ты их выдержишь. Из золото молодежи. О боже… За что мне это? Будучи миссис Кассиус Фелтон я успела налюбоваться на таких вот фиф и искренне их не выносила. Обычно зарывались как раз нувориши, старая аристократия старалась не терять лица. — Ладно, давай сюда сладкую парочку, — смирилась я с неизбежным, и Энн упорхнула за практикантками. Девочки оказались именно такими, как я их и представляла: хорошенькие как картинки и разодетые и накрашенные словно для фотосессии в глянце. Волосы уложены волнами, макияж явно делал профессионал, юбки вроде бы приличной длины, но такого фасона, что простора для фантазии нет вообще. Через блузки просвечивают очертания нижнего белья. Туфли обе куклы выбрали на высоких шпильках и бедрами виляли как-то совсем уж в стриптизерской манере. Такие высоченные ходули из моих знакомых аристократок рисковала носить только одна. Но эта девушка не производила впечатления, что идет к шесту. Практикантки — производили. Да еще как. Энн мне подмигнула. Ну да, ей-то весело. В отличие от меня. — Эмили, — представилась мне блондинка. — Рейчел, — подала голос брюнетка. Голоса у обеих звучали манерно, как будто обе сбежали из второсортного сериала — и прямиком к нам, на практику. Я на них впечатления не произвела никакого. После двух лет работы экспертом по поджогам я привыкла одеваться в стиле леди Гринхилл. То есть, разумеется, миссис Бхатии. Словом, в темную немаркую одежду и удобную обувь. Словом, девочки, в чьих головах были только блеск и мишура, не видели во мне ни опасности, ни интереса. — Меня зовут Эшли. Я буду вашим куратором в этом месяце, надеюсь, мы с вами сработаемся. Но что-то мне подсказывало, что нет. Девочки были магами в четвертом поколении, о чем сообщили с порога, и безумно этим гордились. Я честно сообщила, что являюсь магом только в первом поколении, и тут же был отнесена в категорию пыли под ногами. Энн стала улыбаться еще довольней. Устроила тут развлечение за мой счет, коварная женщина. Девочки оказались не то чтобы глупенькие… Просто думали они явно не о карьере в полиции. Уже через час они задали самый, вероятно, животрепещущий для них вопрос… — А правда, что в этом участке работает Кассиус Фелтон? — выпалила Рэйчел, принявшись накручивать на палец прядь. Вот оно. Сколько уже девиц появлялось в нашем участке только потому, что тут работает целый будущий лорд. Кольцо на пальце этого будущего лорда никого не беспокоило от слова совсем. Сперва я бесилась. Честно. Пусть я никогда не думала, что способна ревновать… Оказалось, еще как способна. Потом смирилась с тем, что к моему мужу всегда будут липнуть женщины, но, на самом деле, это ведь ничего не может изменить в наших отношениях. Я кивнула — Да, работает. В отделе по расследованию особо тяжких. Сразу пошел под крылышко к Дафне и на удивление хорошо вписался в ее команду. Впрочем. Полоз всегда и везде умудряется вписываться. Даже моя глубоко неаристократическая родня с первой встречи воспылала к нему сильной искренней любовью. Девушки переглянулись и воздух заискрил. Делят шкуру неубитого Фелтона. Удачи. — И он женат? — уточнила Эмили. — Женат, — оповестила я эту сладкую парочку, не особо рассчитывая на то, что они образумятся. Практикантки переглянулись и синхронно хмыкнули. — Вроде бы она обычная совсем, заурядная. Ну, так говорят. Вот интересно, кто сказал? Нет, я ни мстить не собиралась… Я не настолько Фелтон, в конце концов. Просто хотелось в глаза этому человеку посмотреть. И больше не поздравлять с праздниками. — Так и Фелтон не так чтобы красавец, — подключилась к разговору Энн. — И невысокий… И лицо у него… Словом, на принца не тянет. Зачем ему вообще тянуть на принца, если он Король? — Для мужчины красота не главное. К тому же, именно страшненькие в постели хороши. Стараются, — легкомысленно махнула рукой Рэйчел. Коллега вопросительно уставилась на меня. Мужа я ей с данной точки зрения никогда не характеризовала. Мало того, что не слишком прилично, так ведь и сравнивать не с кем… Через год нашего романа мы оба дозрели до следующей фазы… Вот на сто пятьдесят процентов дозрели. Но нужно же мне было ляпнуть про то, что «можно рассказать детям красивую историю». Полоз задумался… И в итоге мы додержались еще год. До свадьбы. Чтобы уже все как положено. Год выдался веселым. Мы не рисковали слишком часто друг к другу прикасаться, проводили наедине как можно меньше времени. Чтобы не сорваться. Хотя… лично я бы уже очень хотела сорваться. Фелтон — тоже. Но мы же пообещали… Находиться рядом с тогда еще леди Гринхилл, которая с моим деканом спокойно жила во грехе, стало просто невыносимо. Стоит ли говорить, что свадьба для нас прошла под девизом «господи, когда уже это закончится»? Оставшись в спальне один на один мы с облегчением выдохнули. — Ну, все, — произнес Фелтон, поспешно стаскивая пиджак. — Курсы ангельского терпения подошли к концу. Мы получили по диплому. Я не пожелала отставать и принялась бороться с платьем. Силы были неравны. — Полоз, я сама из него не выберусь! — воскликнула я с отчаянием. Белое платье обладало не только бездной юбок, но еще и преотличными застежками. — Это моя обязанность — тебя раздевать, — заявил его змейство и принялся меня распоковывать. Даже для него бой выдался нелегким. — Кто его выбирал?! — воскликнул он, мучаясь со шнуровкой. Кто выбирал, кто выбирал. — Ребекка. — Она мне точно за что-то мстила… Я захохотала. — Зато оно мне безумно идет. Полоз издал нервный смешок. — Да я толком ничего и не заметил. Глаза у моего мужа весь день и правда были совершенно шальными. — Это была твоя идея, — напомнила я. — Как правильно. Как положено. Фелтон даже не попытался спорить. — Самая дурацкая идея в моей жизни. Но детям и правда будет, что рассказать. Так много, как в ту ночь, я, наверное, никогда не смеялась. Оба были подкованы, по сути, только в теории, так что было действительно весело. Сплошной анекдот. Мы понаставили друг другу синяков. Просто врезались во все подряд, один раз навернулись с кровати… Но было плевать. Главное — мой, только мой, самый близкий, почти как часть меня. Та моя нелепая попытка соблазнения и панический ужас теперь казались такой нелепостью. — Эшли, чего это ты так странно улыбаешься? — ехидно поинтересовалась Энн, которая, скорее всего, догадывалась, куда понесло мои мысли. — Да так… — пожала я плечами со смешком. И ведь наверняка покраснела как рак. Ну, что поделать, я чуть что — тут же заливаюсь правдой. Полоз из-за этого не устает умиляться. — А Фелтон… Он какой? — спросила Эмили у Энн, посчитав, должно быть, что та лучше понимает в мужчинах. Коллега пожала плечами. — Редкостная зараза. Вертит всеми как хочет. Вы лучше у Эшли спросите. Девочки намека не поняли, даже учитывая, что я не прятала кольцо, а оно было фамильным. Думаю, леди Элизабет не слишком обрадовалась, когда одна из реликвий рода перешла в мое владение. Со свекровью мы до сих пор не особо ладили. Так уж вышло. — Фелтон как Фелтон. Они все одинаковые, — пожала я плечами, не погрешив против истины. Характеры у представителей этого семейства были практически идентичными, и с возрастом становились только… многограннее. О чем мы периодически беседовали с профессором Бхатией с глазу на глаз, как два пострадавших от этого семейства. Кстати о Фелтонах. Темное Писание обнаружить так и не удалось. Но и конца света все еще не состоялось, из чего мы сделали вывод, что Френсис оказался относительно вменяем и, получив вожделенное тело, рисковать больше не пожелал. Для галочки Эрик Райт (именно так звали мальчишку, которому не посчастливилось стать оболочкой для Темного Писания) все еще числился в розыске, но для всех было ясно, что это только формальность. Практикантки продолжили расспрашивать о Полозе и в итоге накаркали: его змейство возник на пороге. — Рыжая моя, если ты намерена чахнуть на работе до полуночи, то лучше сразу увольняйся! — тут же заявил Король, прямым курсом двигаясь ко мне. За прошедшие четыре года он не слишком сильно изменился. Только самовлюбленности еще прибавилось. — Привет, Фелтон, — поздоровалась Энн. Касс махнул ей рукой. Оказавшись рядом со мной, муж тут же обвился вокруг прямо как змея. Разве что не кольцами. Я уже давно привыкла и перестала отбиваться от него в присутствии посторонних. Ну хочет он так отметить свою территорию — и слава богу. Заодно очередные охотницы на лордов все четко для себя уяснят. — Ну вот что тебя заело на этой работе? Мама о внуках заговаривает, — вздохнул Полоз, утыкаясь мне в макушку. На девочек было жалко смотреть, честное слово. Они поняли и то, с кем обсуждали его змейство, и то, что… словом, тут на сто процентов занято. — Познакомься, это наши новые практикантки, Эмили и Рэйчел, — с невозмутимым видом представила я девушек. Тот скользнул по ним совершенно равнодушным взглядом — И что там у тебя с отчетом. Родители нас вечером ждут к себе. Я закатила глаза. — Леди Элизабет опять примется многозначительно говорить о том, какой чудесный малыш растет у Дафны. Фелтон фыркнул. — После четырех лет нашего брака мама имеет полное право надеяться на внуков. Я вот тоже надеюсь. В общем, чтобы через полчаса была на выходе. Надеется он… Видимо, все-таки конец карьере. Если Полоз что-то решил… Вот же черт! Больше книг на сайте - Knigolub.net

14. +эпилог

Понравилась история? Поделитесь впечатлением!

Комментарии (0)