Пролог

В этом городе не было дождей, которые я так люблю. Только низкое, давящее небо и бесконечный, сводящий с ума гул старых проводов над головой. 
И время в шахтах замирало, сколько бы я ни бросала взгляд на наручные часы: секундная стрелка всё так же дёргалась на месте. 16:16.

На ржавой балке над бездонным чёрным Котлованом как обычно сидели десятки огромных внимательных ворон. Они не ели хлеб, не улетали, только имитировали норму, изредка взмахивая крыльями и надрывно каркая, и просто смотрели своими блестящими пуговичными глазками, словно ожидая, когда мы сделаем неверный шаг.

Всего месяц назад моя жизнь была нормальной. У меня была красивая комната в новой квартире, лучшая подруга, выпускной класс, вылазки на заброшки с баллончиками краски и парень, от поцелуев которого земля уходила из-под ног. Парень, чья ложь, как я думала, разорвала меня на куски, лишила опоры под ногами.

Я сбежала сюда, в захолустье на край света, чтобы спрятаться от разбитого сердца и своей наивности, уверенная, что Волнозаводск — это просто умирающий шахтёрский городок. Я ошибалась: местные подземелья скрывали вещи куда более страшные. И хуже всего то, что они точно знали, чего ты хочешь больше всего на свете. Ты сам будешь рваться в ловушку и желать остаться там до последнего вздоха.

— Вика! Господи!

Когда мужчина радостно, но с примесью горя и страха выдохнул имя жены, я дёрнулась вперёд, то ли желая увидеть то, что видят отец и дочь, то ли чтоб окунуться в свою волшебную иллюзию.

— Маш, не надо. Ты больше не в списке устоичивых... — тихо тронул меня за плечо Вася.

Я сделала полшага одной ногой в границу широкого блестящего каменного зала, и воздух принёс мне его очертания, ещё шажок второй ногой — и он протянул руку к моей щеке, с такой нежностью во взгляде, что я будто начала задыхаться обычным воздухом без особой пьянящей примеси Дримлэнда.

— Маш! — Вася вцепился в меня сзади, пытаясь удержать, но я дёрнула плечом, из последних сил дотягиваясь до Гордеева, всхлипывая от боли и нехватки его прикосновений.

— Пусти, — промямлила я жалко. — Вы же рядом, вы меня оттащите. Пожалуйста, — вырвалось слово вместе со слезами. — Пожалуйста, я люблю его, он моя прияболь...

Хватка ослабла, и я бросилась в объятия своего тёплого Кирилла, что занырнул лицом в мои волосы и шею.