Глава 14
Когда раздался крик миссис Шастер, первой мыслью коммодора Ханстена было: «Господи, только еще истерики не хватало». А через полсекунды он сам лишь величайшим напряжением воли удержался от крика.
Снаружи доносился какой-то звук! Три дня за обшивкой шуршала пыль, и вот... Ну, конечно, что-то металлическое скребет по корпусу!
В следующий миг кабина загудела от радостных возгласов. С большим трудом коммодору Ханстену удалось перекричать ликующий хор.
— Они нашли нас! — воскликнул он. Хотя, возможно, сами об этом не знают. Надо что-то сделать, помочь им. Пат, попробуйте включить передатчик. А мы будем сигналить ударами по корпусу судна. Напоминаю сигнал настройки в азбуке Морзе: буква «ж» — ти-ти-ти-та! Ну, все вместе!
Сперва стук получился довольно беспорядочным, но мало-помалу установился правильный ритм.
— Стоп! — крикнул Ханстен через минуту. — Теперь послушаем! Внимание!..
Тишина... Жуткая, неприятная тишина. Пат выключил вентиляцию, и в кабине было слышно только биение двадцати двух сердец.
Ничто не нарушало безмолвия. Может быть, странный звук был вызван напряжением в корпусе самой «Селены»? Или спасатели, если это были они, уже прошли дальше по пустынной поверхности Моря?
Вдруг опять — царапанье по обшивке. Движением руки Ханстен остановил новый взрыв энтузиазма.
— Слушайте, прошу вас! Возможно, удастся что-нибудь разобрать. Несколько секунд длился скребущий звук. И снова — томительное безмолвие. Кто-то сказал негромко, разряжая напряжение:
— Как будто трос протащили. Может быть, они тралят?
— Исключено, — ответил Пат. — Сопротивление среды слишком велико, особенно на такой глубине. Скорее, это щуп.
— А это значит, — подхватил коммодор, — что над нами совсем близко
— спасатели. Постучим еще. Ну-ка... все разом...
«Ти-ти-ти-та!»
«Тя-ти-ти-та!»
Сквозь двойную обшивку «Селены» в пылевой пласт уходили звуки, которые сто лет назад летели в эфире над оккупированной Европой, голос рока, открывающий Пятую симфонию Бетховена.
Пат Харрис, сидя в кресле водителя, тревожно взывал:
— Я «Селена», я «Селена». Как слышите? Прием. И слушал пятнадцать нескончаемых секунд, прежде чем повторить вызов. Но эфир по-прежнему оставался безжизненным.
На борту «Ауриги» Морис Спенсер нетерпеливо поглядывал на часы.
— Черт возьми, — вырвалось у него. — Пылекатам давно пора вернуться. Когда была с ними последняя связь?
— Двадцать пять минут назад, — ответил старший радист. — До очередного сеанса пять минут, независимо от того, нашли они что-нибудь или нет.
— А вы не сбили настройку?