2009 - I (январь)
Алоха тебе с северных земель!
Так в Киев я еще не возвращалась. Сейчас расскажу. Это что-то.
Приехала восьмого января в шесть сорок утра. Двенадцать часов тряслась в автобусе со сломанным кондиционером. Пардон, почти сломанным, в нем оставалось два рабочих режима - выключен и жара адская. Восемьдесят процентов времени мы ехали во втором режиме, а когда переключались на первый, через пять минут становилось так холодно, что аж живот начинал болеть.
Не спала всю ночь, ноги отекли, сапоги застегнуть не смогла. Дергала, дергала змейку целый час - ни в какую. За окном уже автовокзал, люди выходят, пошла и я, как есть. Сапоги высокие, болтаются во все стороны, я о них спотыкаюсь. Вылезла на платформу, забрала багаж и стою, пытаюсь сообразить, как быть.
До маршрутки идти всего минут пятнадцать. Но с чемоданом, сумками и расстегнутыми сапогами, я бы по пути убилась. Видимо, вид у меня был совершенно потерянный, потому что подошел наш водитель и предложил помощь. Совместными усилиями мы одолели змейки. Чудо, что они не лопнули.
Ощущение не из приятных, скажу тебе. Напомнило, как я на первом курсе распухла от новой майонезно-батонной общаговской диеты. Хахах, никогда себя еще такой не видела! Так мечтала в детстве быть хоть немного полнее, что только не делала, а тут раз и вываливаюсь из всей одежды. Подозреваю, что это какой-то особый ритуал посвящения в студенты. Или вирус, который живет в общежитиях и поражает всех новоиспеченных студенточек без разбора. Это происходило повально со всеми моими соседками, как ветрянка или вши в младших классах школы. Причем, через полгода-год все мы без особого труда возвращались к своему прежнему весу. Почти все, я себе все-таки несколько килограммчиков оставила, чтобы перестать греметь костями при ходьбе.
Так вот, тогда тоже был момент, когда я с первым снегом достала зимние сапоги из чемодана и не смогла их застегнуть. Весами мы тогда еще не разжились, но я и без них знала, что за три месяца безбожно разрослась.
Но сейчас такого подвоха от своих ног я не ожидала.
В общагу тащилась бесконечно долго. Чемодан хоть катить можно, а вот сумка с продуктами... Мама с бабушкой собирали с ее любовью, от души. Маршруток было мало, повсюду сугробы, в период праздников желающих разгребать их не нашлось.