18)Глава

Говорил так, будто опекает, хотя на самом деле просто пользовался мной, моим телом. Как и братец, подло со мной поступал. Неудивительно, что они друзья. Один обманом забрал у меня часть квартиры, другой принудил спать с ним за кров над головой.

- Принести воды? - низкий голос Яна вывел меня из раздумий.

- Не надо.

Слезы уже почти высохли. Я ощущала грусть и тоску наряду с беспомощностью. Как бы хотелось еще раз увидеть родителей, обнять их и просто поговорить.

- Я по ним скучаю, - призналась я.

- Я знаю. Мне очень жаль, Лера, - Ян поглаживал меня по волосам, будто убаюкивал. Странно, но это действовало на меня успокаивающе. Возможно, еще сыграло роль, что он теплый, почти горячий, как летнее солнце.

- А твои родители где? - осмелилась поинтересоваться.

- Мама умерла, когда мне было шестнадцать.

- Прости, - пролепетала я, ощущая себя неловко.

Знала же, что он сирота, зачем спрашивала? Дура!

- Все нормально, Лера. Можешь спрашивать что угодно.

В темноте я не видела его лица, лишь очертания, но по тону голоса поняла, что он не рассердился. Наоборот даже, говорил с некой толикой грусти, прямо как я. В этот момент показалось, что мы не такие уж и разные.

- А твой отец?

- Я его не знал. Он бросил мать еще до моего рождения. Поэтому, когда ее не стало, меня отправили в приют.

- Сочувствую.

Теперь я понимала, почему Ян такой угрюмый и мало улыбался. Он ведь остался один против всего мира, тут не до радости.

- И как там? В приюте, - спросила, чтобы заполнить тишину, в которой слышала лишь мощное биение его сердца.

- Хреново. Я постоянно оттуда сбегал. Но школу все же закончил, хоть и сносно.

- И что делал дальше?

- Работать пошел. Грузчиком. Иногда дрался за деньги с пацанами в плохом месте. Но это незаконно, и я старался мало в этом участвовать.

- Но все же угодил в тюрьму...

- Угодил, - мрачно ответил Ян, тяжело вздохнув.

Наверное, поэтому его посадили. Потому что чуть не забил человека до смерти. Ян огромный и мускулистый, мне кажется, прибил бы меня одним ударом.

- Жалеешь об этом? - зачем-то спросила я.

Сейчас, в темноте, я ощущала Яна по-другому. Как своего друга, наверное, или бармена, которому хочется выговориться. Стена между нами, разделяющая на хозяина и игрушку, исчезла, и в его крепких объятиях мне было как никогда комфортно.

- Нет, Лера, я не жалею. Дай мне выбор, поступил бы так снова.

- Почему? - удивилась я. - Ты ведь угодил в тюрьму - страшное место. - Потому что тот мудак того заслуживал.