chapter sixteen.
Сердце Марго колотилось, отдаваясь в висках глухими ударами. Она прижимала к груди мокрый, грязный свёрток — тяжёлую, неразгаданную улику. Они шли за Брайсом гуськом, пробираясь через спутанные корни мангровых зарослей, которые хватали их за ноги, как живые щупальца. Влажный, тёплый воздух гудел от насекомых. Казалось, что за каждым стволом притаилась тень погони.
— Почти пришли, — наконец сказал Брайс, останавливаясь перед темным, круглым отверстием в заросшей земляной насыпи. Это была старая канализационная труба, уходящая в непроглядную тьму. Она стояла посреди болотистой чащи, как вход в чрево какого-то древнего монстра. — Нам сюда.
— Вот так и начинаются фильмы ужасов, — пропищала Несса, содрогаясь.
— Брайс, серьезно, — проговорила Марго, скептически оглядывая зияющую чёрную дыру. — Ты уверен, что нам стоит лезть туда? Здесь как раз появляется клоун-убийца, или человек-паук, но злой.
Брайс развернулся ко всем, и в тусклом свете, пробивающемся сквозь листву, его лицо выражало лишь усталое «ну вы даёте».
— Нет, ну если вам что-то не нравится, то можете предложить другой выход, — он недовольно пожал плечами. — А я пока пойду искать этого клоуна, может, он добрый.
Пэйтон, молча наблюдавший за этим, подошёл к Брайсу и похлопал его по плечу. Он заглянул в канализацию, потом обернулся к остальным. На его губах играла та самая, раздражающе самоуверенная усмешка.
— Девочки, вы чего-то испугались? — спросил он, указывая большим пальцем на тёмный проём.
— Вот ещё! — фыркнула Марго и решительно шагнула вперёд, намереваясь пройти мимо него и Брайса прямо в трубу. Но Пэйтон ловко выставил руку, преградив ей путь, и оттянул её назад за локоть.
— Э-э, стопэ, — сказал он, и его пальцы на её руке были твёрдыми и тёплыми. — Брайс пойдёт первым, а я — последним.
Марго взглянула на него и вскинула бровь, стараясь скрыть, как от этого простого прикосновения участился пульс.
— А что, испугался? — парировала она с вызовом, стараясь, чтобы усмешка получилась не менее наглой, чем его.
— Нет, сладкая , — отозвался он, и его голос прозвучал нарочито снисходительно и... игриво.
Марго почувствовала, как по щекам разливается предательский жар. Она покраснела, ненавидя себя в эту секунду всей душой. Пэйтон же лишь усмехнулся шире, заметив её реакцию. Авани закатила глаза так, что, казалось, они вот-вот останутся в её черепе. Несса смотрела на эту сцену с таким смешанным чувством презрения и отвращения, будто наблюдала за копошащимися в грязи насекомыми.