Глава 16

Дождь за окном бронированного «Майбаха» превратился в настоящий ливень. Капли с силой бились о стекло, словно пытаясь прорваться внутрь, в стерильную и холодную тишину салона. Элена сидела, прижавшись к двери, стараясь максимально отдалиться от Диего. Её била мелкая дрожь, которую не мог унять даже включенный подогрев сидений.

В голове набатом стучали слова Хассана и крик отца. Отец. Человек, который должен был её защищать, превратил её в разменную монету. А человек, который её похитил, стал её единственным спасением. Эта ирония жгла горло, как чистый спирт.

— Куда мы едем? — её голос прозвучал слабо, почти безжизненно.

Диего не ответил сразу. Он смотрел в планшет, его пальцы быстро порхали по экрану, отдавая приказы. Свет от дисплея подсвечивал его резкие скулы и ледяные глаза, делая его похожим на статую, высеченную из темного мрамора.

— В место, где Хассан тебя не найдет, — наконец произнес он, не оборачиваясь. — Пока я не решу, что с ним делать.

— «Пока ты не решишь»? — Элена резко повернулась к нему, гнев на мгновение вытеснил страх. — Ты выставил меня там как кусок мяса! Ты позволил этому уроду трогать меня, смотреть на меня так, будто он уже выбирает, в какую комнату своего борделя меня засунуть!

Диего медленно отложил планшет и повернул голову. В его взгляде не было раскаяния. Только холодная, расчетливая ярость.

— Я выставил тебя так, чтобы он потерял бдительность, Элена. Если бы я просто ворвался и забрал тебя, он бы объявил нам войну прямо в холле «Рица». Теперь у него есть флешка с компроматом, которая держит его за горло. А у меня есть ты.

— Я не вещь, Диего!

Он внезапно сократил расстояние между ними. Одной рукой он перехватил её запястья, прижимая их к кожаному сиденью, а другой взял её за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. От него пахло дождем и опасностью.

— В этом мире, — прошипел он, его лицо было в нескольких сантиметрах от её, — каждый является чьей-то вещью. Твой отец продал тебя Хассану за долги. Хассан считал тебя своим трофеем. Но теперь правила изменились. Ты принадлежишь мне. По праву силы. По праву того, что я — единственный, кто не даст им разорвать тебя на части.

— Ты такой же, как они, — прошептала она, чувствуя, как слезы обжигают глаза.

— Нет, — Диего усмехнулся, и эта улыбка была страшнее любого гнева. — Я гораздо хуже. Они хотят твоё тело или твои деньги. Я хочу всё. Я хочу твою преданность. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня и видела весь свой мир.