Глава 6.

- Ну и ну, что это тут у нас?

Передо мной стояла стройная обнаженная женщина. Казалось, своим неподвижным взглядом она может обратить меня в камень, словно сама Медуза Горгона. У неё были острые черты лица и довольно-таки некрасивый широкий рот, но в глубоко посаженных глазах, казалось, можно утонуть - настолько они были выразительны. И всё же, моё внимание привлекали вовсе не глаза.

- Мраморные сиськи? Нет, такого я ещё не видел!

Строу с озадаченным видом почесал макушку и, пожав плечами, обошел стол со злосчастной статуэткой с другой стороны.

- Всё никак не налюбуешься, дурень?  - спросил я, не скрывая раздражения.

- Ты подожди, давай потерпим с выводами... - блондин попытался меня успокоить, но, в очередной раз словив мой испепеляющий взгляд, замолчал.

И ради этого мы рисковали своими задницами? Ради этого нам пришлось бежать через весь город, рискуя быть пойманными патрулем? Я знал, что Строу тот еще "шутник", но такого поворота событий я никак не мог ожидать.

- Очередная. Бесполезная. Хренотень. - наконец, констатировал я.

Женщина всё так же смотрела на нас и улыбалась, будто мы всё это время смешили её.  А Строу, сидя на корточках, рассматривал статуэтку, даже и не пытаясь скрыть глупой ухмылки. Я был взбешен тем, что это безобразие доставляло ему столько радости. Больше всего мне хотелось подбежать к статуэтке и разбить её вдребезги.

- Джек... - сказал парень тихим, зачарованным голосом. - Это сапфиры или азуриты? Я никак не могу разглядеть.

- Какие, к черту, азуриты?! - разозлился я. - Ты меня совсем за дурака держишь?!

- Нет. - спокойно ответил блондин, не отрывая взгляда от статуэтки. - Просто... Посмотри сам.

Я присел на корточки, чтобы разглядеть статуэтку, и у меня замерло дыхание. Мне не хотелось так долго смотреть на неё, но оторвать взгляд не получалось - тяжёлой волной накатилось странное, неизвестное мне чувство. 

"Гипноз!" - одно единственное слово промелькнуло в моей голове, но его почти сразу же поглотила тьма. Её тёмно-синие глаза казались мне чёрной бездной, которая с каждой минутой затягивала меня всё глубже и глубже в свои головокружительные пучины. Вот уже пятьдесят ярдов. Двести... Пятьсот... Нет, я не спал. Это было промежуточное состояние между обмороком и реальностью. Я не мог пошевелиться, не мог говорить, даже дыхание давалось мне с трудом - тело казалось тяжелым и неповоротливым, будто оно было сложено из груды камней, в горле стоял большой комок, а лёгкие были наполнены песчаной пылью.