Глава 12.

В воздухе витала прохлада, даже сырость. Туман всё ещё стелился у земли, покрывая всё ещё зелёную траву росой. Но совсем недолго держаться этой прекрасной погоде — такой спокойной, чистой — к десяти начнётся жара, а к полудню — ужасающий, удушливый зной, который продлится до трёх. Потом снова станет прохладно, хорошо. Так продлится до конца сентября, потом начнутся холода. Но если от жары не спрятаться, то от холода можно хотя бы укрыться.

Келли вышла на крыльцо и полной грудью вдохнула свежий воздух, увлажнённый летним туманом. О, это летнее утро! Какая свежесть, какой покой! И совсем не хочется спать в такое хорошее утро.

Сегодня им придётся много работать — конечно, уже не сбор урожая, но от этого легче не становится. Родители и сегодня возьмут её на фермерский рынок — самое скучное место в мире. Да что там в мире, во всём Суиндоне!

Время близилось к десяти. Мама неустанно стояла за прилавком вот уже второй час, не приседая. Она не была торговкой, но это ей и не нужно было — мама никогда не торговалась, цена была одна, она её не завышала, и при том никто не смог бы её сбить.

— По чём томаты?

— Пять фунтов (пятьсот девяносто рублей) за фунт (полкилограмма), — говорила она, вежливо улыбаясь. Улыбалась она не от желания понравится, но от желания сделать приятно, чтобы люди помнили её не только по хорошим продуктам, но и по хорошим манерам.

— Возьму одиннадцать фунтов (пять килограмм) за четыре (четыреста семьдесят два рубля).

— Простите, но нет, — говорила она, сохраняя улыбку.

— У миссис Андерсон за четыре.

— Это очень хорошо, ведь вы можете купить у неё дешевле.

Мало кто продолжал перепалку и либо уходил, либо всё-таки покупал по такой цене. Миссис Флек слишком ценила труд своего мужа, который днём и ночью работал на ферме. Он хотел всем их обеспечить, и она просто не имела права занизить цену его труда.