Глава 9. Заточение в Бездну. Зреет бунт

***

Еле открыв глаза и почувствовав, что охранники волокут под руки, Кирилл решил воспользоваться случаем и отдохнуть. Силы возвращались, уже можно даже идти самому, но пускай тащат. Никто не мешал рискнуть вырваться, но как и куда... В текущем состоянии сопротивляться — неразумный вариант развития событий. Так что он отпал сразу.

Осматриваясь, Кирилл заметил, что обстановка изменилась. Коридор маленький и безлюдный. Стены ещё сильнее изъедены ржавчиной. Никого, кроме сопровождающих охранников, вокруг не наблюдалось. Мелькающие по сторонам маленькие помещения оказались пустыми. Стоял резкий запах пота, крови и гнили. Такой кислый воздух с непривычки сбивал дыхание резким зловонием. Возможно, даже из-за него продолжала кружиться голова.

Охранники остановились. Один из них пробежал пальцами по панели на стене — и дверь, перед которой все стояли, поползла в сторону. Из образовавшегося прохода хлынул ещё более отвратный смрад. Дышать стало настолько противно, что в горле почувствовался горький комок, грубо просящийся наружу.

Похоже, охрана привыкла к царившей вони, поскольку они никак на неё не реагировали. Помещение, что скрывала дверь, как и прочие, оказалось небольшим, плохо освещённым, но в нём находились люди. Как только охранники прошли внутрь, затаскивая за собой Кирилла, вся толпа попятилась назад. Вжимаясь друг в друга от нескрываемого страха, кучкуясь и выталкивая слабых вперёд, заключённые прижимались к стенам.

— Кирилл! — донёсся удивлённый возглас Бура.

Охранники швырнули пленника на пол, быстро удалившись из комнаты. Дверь закрылась вслед за ними.

— Где это мы? — пытаясь сесть, поинтересовался Кирилл, глазами стараясь найти товарищей в толпе.

Заключённые выглядели крайне потрёпанно: худощавые, грязные, в оборванной и засаленной одежде. Сложно сказать, от чего разило больше: от их дыхания, грязных тел или шмотья. Они не спешили возвращаться на освободившееся в комнате пространство после ухода охраны. Напротив, словно сторонясь тройки новых сокамерников и бросая в их сторону косые взгляды, старались держаться поодаль.

— Либо они не говорят по-русски, либо не говорят в принципе, — сказал Морозов, осматривая толпу испуганных людей.

— Док, вы в порядке?

— Когда в первый раз терял сознание в чёрной комнате, единственной надеждой было то, что я больше не приду в сознание! — ответил Морозов.

— Судя по твоему состоянию, ты тоже там побывал, на допросе? — поинтересовался Бур.