Глава 72

Снаружи сияло солнце.

По пути к машине Миками остановился, чтобы немного полюбоваться видом. Он впитывал утреннее солнце, делая глубокие вдохи. Потянулся, разминая руки и ноги.

Он не мог забыть, какое выражение появилось на лице у Сувы. И тем не менее… Сува не сдался. Он заставил себя вернуться в бой.

Миками сел в машину и проверил время: 7:22. Полный круг… Внушая себе, что ничего страшного нет, он медленно тронулся с места и немного покружил по парковке, отыскивая взглядом малолитражку Минако. Группа прикрытия должна была собраться в семь. Если Минако приехала, она, скорее всего, уже в здании. Миками прибавил газу и выехал с парковки. Машину Минако он не увидел; скорее всего, жена оставила ее в другом месте. Она наверняка здесь. Она вышла из дома – и тоже видит яркое, ослепительное солнце.

Движение на шоссе было плотным.

Миками решил не торопиться. Все равно к восьми, времени, когда запланирован следующий брифинг, он не успеет. Скорее всего, и следующий, десятичасовой, тоже пропустит. Главное – брифинг в полдень. Полдень – срок для передачи выкупа. Тогда все завертится… Тогда станет понятно, что ему удастся выяснить. Если он постарается, то сможет передавать важную информацию в режиме реального времени. От него зависит их успех или поражение. Выйдя на улицу, Миками вдруг понял, что должен сделать.

В конференц-зале казалось, что решающей может стать каждая секунда. Всю ночь, больше восьми часов, Миками смотрел на журналистов и чувствовал себя спринтером, бегущим стометровку. Однако за это время не произошло ничего существенного. Двадцать девять походов Отиаи в штаб и обратно, пылкая поддержка со стороны Сувы и других, скандалы – всего лишь разогрев. Самое главное впереди. Пресса не станет скалить клыки и путаться под ногами до тех пор, пока дело не начнет раскручиваться по-настоящему. Его обогнала полицейская машина без опознавательных знаков. Серебристый корпус влился в поток; машина ехала не слишком быстро и не слишком медленно.

Миками сунул в рот сигарету, закурил.

«Я приведу вам начальника Первого управления».

Он пообещал невозможное. Но он уже тогда понимал, что обещает невозможное. Он не мог себе позволить стать заложником своих слов. В то же время он понимал, что, если нарушит обещание, данное в присутствии 269 журналистов, они вынуждены будут обратиться в НПА с просьбой о вмешательстве.

Единственный способ не допустить подобного развития событий – дать им информацию, которая обладала бы такой же ценностью, как если бы исходила от самого Мацуоки.