Глава 4

– Это он! Это всё он! – размахивая записной книжкой, кричала гусеница.  
Никто в общем зале ничего не мог понять. А гусеница не останавливалась. Она продолжала голосить, пока не охрипла. Только после этого старосте удалось получить боле-менее вразумительный ответ.  
– Что случилось? Кто он? И что всё? – спросил старый сверчок.  
– Он – следователь. Он всё здесь написал, – прохрипела гусеница, – Надо действовать, иначе будет поздно.  
Она протянула блокнот старику. Тот развернул первую страницу и стал знакомиться с записями по порядку.  
– Дальше, дальше, – поторапливала его нетерпеливая гусеница.  
– Подождите, – остудил её пыл сверчок.  
Наконец, он дошёл до самой последней записи, неожиданным образом сложенной в четверостишье.  
С выражением староста прочитал вслух:  
– Убийца тот, кто следствие ведёт,  
О том никто и никогда не догадается.  
Хитрец всех вокруг пальца обведёт,  
И чистым, и сухим в воде останется.  
– Теперь вы поняли, что это всё он? – прохрипела гусеница.  
Все окружавшие её насекомые, в том числе и жук навозник, замерли в оцепенении, переваривая полученную информацию.  
– Какой неожиданный поворот, – справившись с собой, высказался староста, – Ну, что ж! Теперь мы знаем, кто убийца. А, кстати, где он?  
Об этом никто не имел ни малейшего представления. Выяснилось, что после допроса, детектива никто не видел.  
– Так, давайте найдём злодея! Чтобы арестовать, – предложил староста, – А потом будем его судить нашим строгим, но справедливым судом.  
Идея с судом понравилась и сверчкам, и светлячкам. Дружной компанией, все бросились искать убийцу. Они нашли его в самом дальнем, потайном отсеке. Тот сидел в каком-то оцепенении, лишь временами судорожно обхватывая лапками голову. Появления других насекомых он не ожидал, поэтому сопротивления никакого не оказал.  
И всё же несколько сверчков, не удержавшись, отвесили бывшему детективу пару оплеух.  
– За что?! Вы чего? – попытался сориентироваться в обстановке задержанный.  
Ответ последовал самый короткий и ничего не объясняющий: «Скоро узнаешь»  
Дальше, без разговоров, его перетащили в общий зал. Они толкнули пойманного сверчка прямо к старосте.  
– Друзья мои! Не будем затягивать с правосудием. Приступим, – сказал старик, облачаясь в парик из сушёных трав, неизвестно откуда взявшийся у него.  
Суд сразу же начался.  
***  
– За что вы судите меня? – поинтересовался подсудимый.  
Ничего не поясняя, пожилой сверчок торжественно продемонстрировал ему его же записную книжку.  
Бывший детектив заметно обмяк. Он не стал ничего отрицать, а напротив, решил во всём сознаться.  
– Да, это я убил его, – глухо произнёс подсудимый.  
– Точно! – с жаром подхватил жук навозник, – Это его тень мы видели! Скажи им, гусеница! Расскажи, как он сначала треснул беднягу по голове, а потом съел, почти целиком!  
– Это правда? Вы так всё и видели? – уточнил судья у гусеницы.  
– Да, Ваша Честь. Всё в точности, как сказал мой друг, – ответила та хрипло с места, на котором зависала в невесомости.  
– Тогда, помимо записей, у нас имеются и ценные свидетели. Тем более, что подозреваемый сам ничего не отрицает, дело становится слишком ясным. Лично мне не понятен только мотив.  
Судья пристально посмотрел на подсудимого.  
– Почему вы это сделали? – продолжил он, – Насколько мне помнится, ведь именно вы спасли и принесли калеку в лагерь. Как же вы смогли поступить так со своим товарищем?  
Подсудимый растерянно замотал головой.  
– Я не знаю, – произнёс он тихо.  
– Говорите громче, – потребовал судья.  
– Я не знаю! – заорал сверчок.  
Он схватился обеими лапками за голову, тело закачалось из стороны в сторону, а из глаз брызнули слёзы.  
– Зачем он так играл на скрипке? Ничего бы не было, если б он не заиграл, – говорил подсудимый сквозь всхлипывания, – Вы помните ту музыку? Она взорвала меня изнутри!  
Зрители слегка заволновались. Представительницы женской особи начали даже сочувствовать арестованному. Они тоже прослезились и теперь утирались лапками от горючих слёз.  
А подсудимый продолжал:  
– И тогда, я понял, что моя музыка никогда не будет столь же прекрасной. Убить или не убить?! Убить или не убить?! Что это? Гипноз?! Быть может наваждение? Убить или не убить?! Убить или не убить?!  
Судья почувствовал, что ещё чуть-чуть, и он тоже попадёт под влияние магических слов. Оказаться в трансе прямо посреди суда, ему вовсе не хотелось.  
– Прекратите, подсудимый! – закричал старик, перекрикивая слова сверчка, – Вы явно не здоровы! Ни один здравомыслящий сверчок не станет нападать на другого сверчка из-за музыки.  
А присутствующие уже скандировали: «Убить! Казнить! Казнить! Убить! »  
Судье пришлось постучать молоточком по металлической трубе сбоку от него. Он стучал до тех пор, пока все до единого голоса стихли. Только после этого он заговорил:  
– Мы не можем казнить нашего первого и единственного на сегодняшний день комиссара детективного следствия. Вдруг, у нас ещё произойдёт какое-то преступление? Тогда, некому будет расследовать его. Но и оставить столь опасного следователя на свободе, мы не можем. Потому, предлагаю оставить его под арестом до полнейшего выздоровления. И приставить к арестованному доктора. Имеется среди нас доктор или нет?  
На середину вытолкали сверчка со стетоскопом на груди, который по инерции проплыл перед судьёй, будто наглядное пособие.  
– Очень хорошо, – одобрил старик, – Объявляю на этом, наш справедливый суд оконченным! Спасибо всем за внимание.  
***  
Едва суд закончился, как шмели по громкой связи оповестили о том, чтобы все приготовились к посадке на красную планету.  
– Красная планета – это Марс! Мы достигли Марса! – с вдохновением объявил староста.  
В приподнятом настроении, от того, что всё складывается таким чудесным и благополучным образом, насекомые заняли посадочные места и пристегнулись ремнями безопасности. Их космический корабль пошёл на посадку.  
Извергая красные языки пламени, кастрюля сама превратилась в единый огненный шар. Пассажиры перепугались не на шутку, что сварятся в кастрюле будто овощи. Кому-то стало нестерпимо жарко. Под общий, нескончаемый вопль, космический корабль целенаправленно приближался к планете.  
Посадка оказалась хоть и жёсткой, но всё обошлось без каких-либо жертв.  
Когда вход в ракету отворился, из неё посыпались насекомые. Светлячки, сверчки и прочие представители осматривались по сторонам. Несмотря на хорошую погоду, они пребывали в шоке.  
– Здесь ничего нет! – крикнул кто-то из насекомых разочарованно, – Как мы будем здесь жить?!  
Староста не желал назревания паники. Он простёр лапки перед собой и шагнул вперёд.  
– Прими нас, спасительная планета Марс, – заговорил он с благоговением, – И пусть мы все станем дети твои! Возьми наши дары с планеты Земля!  
Несколько семян гороха или чечевицы упали в красный грунт, после чего их оросили немного водой.  
Действия старого сверчка возымели магическое действие на остальных.  
Сверчки, светлячки, оба шмеля, жук и гусеница тут же успокоились. В них поселилась уверенность, что теперь всё точно будет хорошо.  
– Что теперь будет? – спросил сверчок под арестом.  
Его голову снова раздирало множество вопросов.  
– Начнётся новая эра первых марсианских насекомых, – спокойно отвечали ему.