Глава 12

Межпространственный киллуанский экспресс "Океаника" прибыл на один из главных причалов Первых Врат ранним ниярским утром. Есть всеже что-то хорошее в роли Главы Совета, — думал Морриган — комфорт Переходов и лучшие места в шаттлах. Когда они с Льенной, заспанной и уставшей, вышли из Зала Прибытий, город встретил их моросящим дождём. Снег растаял, и наступившую серость скрашивала лишь праздничная иллюминация.

— Что празднуем? — осведомился Ильс у рабочего, украшавшего парадный вход в Зал гирлядной.

Тот добродушно усмехнулся:

— День Рожденья Солнцеликого!

Никогда раньше саорианские Регенты не делали свои личные праздники общественным достоянием. В этом отношении Тиль Давирэль явно от них отличался. Ильс недоверчиво огляделся вокруг. Город просыпался и готовился к празднику. Кроме люминесцентных гирлянд, коммунальные службы украшали ступени ниярских терасс и уличные фонари живыми цветами — совсем недешевая затея в зимнее время.

Его комм ожил, и разразился сигналами входящих. Он прочитал первые из них и нахмурился — Лоцманы возмущались и требовали разъяснить необходимость последних нововведений. Что же успело измениться за время их недолгого отсутствия?

Когда они вернулись домой и его Вторая отправилась спать, Ильс, наконец, добрался до инфосетей, чтобы наверстать упущенное. Минутами позже на его видеозвонок ответил Янг, все ещё полусонный, одетый в дорогой домашний халат расшитый лонелийскими морскими змеями.

— А я говорил, Морриган, — сказал Казначей. За его спиной Ильс разглядел такой же безупречный, как он сам, обставленный по последнему слову техники дом и стены из бело-серого мрамора, — Последствия твоих решений. Может, будь у меня язык подвешен, как у тебя, я и смог бы выкрутиться. Но меня поставили перед фактом. А сейчас каждому из нас придётся тратить время на эти бессмысленные, — он презрительно скривился, — ритуалы.

Через несколько часов Ильс прибыл в 39-й Причал. Сейчас он не мог себе позволить отсиживаться за крепкими стенами своей виллы. Лоцманы ждали объяснений.

К его облегчению, в Причале было далеко до аншлага. Но несколько человек, все же устремились прямо к нему, завидев его в дверях. Ильс поднял руку, требуя тишины, встал у стойки, и повернулся лицом к вопрошавшим. Керрик, бессменный бармен Причала, свернул голограммы, непрерывно транслировавшие новости, и воцарилась тишина.