3. Цветок Лунного Жемчуга.
Утром, не смотря на протесты и истерику Мину, альфа все же заявил в полицию. Приехавшие работники были ошеломлены и напуганы внешностью ребенка. Они опросили супругов, сфотографировали дитя и колыбель с вещами, в которой его нашли. Омега, рыдая, уговорил не забирать малыша в службу опеки, пока ситуация не прояснится. Работники посчитали, что младенцу первое время будет лучше под присмотром супругов, чем в приюте и, дав подписать документы о временной опеке, уехали. Раз в неделю их навещали инспекторы из социальной службы, проверяя все ли в порядке. Долго они не задерживались, стараясь как можно быстрее осмотреть ребенка и опросить супругов. Потом, уже на выходе, не скрывая шока от увиденного, так же быстро уезжали.
Вчера, когда Мину и Суо купали малыша, смогли его хорошенько рассмотреть. Ребенок оказался омегой. Освещаемая не луной, а светом лампы, его кожа уже не выглядела такой пугающе холодной и не мерцала. Но все таки она была уж очень белоснежной, а вот волосы все так же вызывали чувство неправильности. Не бывает таких волос, по крайней мере, супруги никогда о таких не слышали. Их прозрачность как бы искажала очертание головы ребенка, делая его размытым, как оконное стекло во время дождя. Лицо же на этом смазанном фоне наоборот, выделялось очень четко и от этого контраста становилось как то не по себе. Тонкие ниточки бровей , как и ресницы, что удивительно, не были прозрачными, а имели пепельный цвет. Особенно сильно выделялись его глаза: он были большими, но не в высоту, а в ширину. Обрамленные серыми ресницами, словно, накрашенные подводкой, они зрительно казались еще длиннее. Белки глаз и в самом деле были голубовато-серого цвета и напоминали оттенок неба перед грозой. Радужка глаза уже не вела себя как водоворот и был статична, но все того же ртутно-металлического цвета.
Все в этом ребенке было странным, даже родимое пятно на левой ягодице . Оно очень было похоже на букву "Т", как будто кто то поставил клеймо на свою собственность. Супруги сначала даже подумали, что это татуировка, но вряд ли кто то стал бы глумиться над таким малышом, да и к чему это было делать, если от него собирались избавиться, отправив в последний путь в колыбели смерти.