«...Подари мне блеск своей души...»

«Шип: Алина/Таня｡･:*:･ﾟ'☆»

На нас все странно пялились. На то и понятно.
В чёртовой глуши, на окраине деревни, которую постепенно накрывала тьма, предвещая слишком тёмную и холодную ночь. Ветер пробирал до дрожи, когда касался к коже хрупким девушкам, не одетых по такой погоде. Да и кто ж знал, что настолько холодное лето то будет. Да и это не важно. Не важно насколько аккуратно и тихо качались из стороны в сторону, словно по приказу ветра, высокая трава. Не важно насколько простудит свои ноги самая младшая из нас, решившись пойти в простых тапочках, переминаясь с ноги на ногу. Не важна та боль сильного замерзания конечностей самой старшей, что поглядывала изредка на смеркающий лес, делая вид на природу более пугающей. Пугающей своими замерзками. Небо перестало красить, оно больше стало походить на дремучее болото, коварно нависающей над степью, будто решалась про себя: облить ли землю и простолюдишек иль пройти мимо дряхлой чащи. И всё особенно портило плохое поведение некоторых наглых особ, которые своими криками только ухудшали ситуацию, делая её более мертвечино пугающей.

Нечего и думать, кто этими девушками являлись. Грозная и яростная, как гнетущее небо, я причитала свою соперницу, когда та только яростно защищалась, будто от напутного ветра, посылаемой моими вздорами. Тогда я не замечала и не слыхала ничего вокруг себя, отдавая всё своё внимание подвернувшемся случаем. И как же глупо. Моя уже неоднократная ссора за день нисколько не утомляла меня. Мои нервные слова, взмахи руками никак не спасали моё положение, как и отрицательное положение моей подруги. Мы всё только проваливались вниз, по самое глубокое дно, насколько нам получалось задеть друг друга. Мы будто обе кидались ядом, отравляя под нами землю, что казалось, как мы медленно, но верно проваливались вниз. Или это всё из-за только что начавшего дождя?...

Нас в итоге успокоили, подталкивая в обратную сторону. В сторону дома. Хоть и многим, тогда, присутствующим нравилась такая обстановка, но никому из нас не приходила мысль остаться здесь до тех пор, пока бы мы полностью не промокнули тут до ниточки. Хоть и шанс был огроменный. Но из-за смекалки самой старшей девочки, волнующейся имилойДаши, мы были спасены от мощного ливня. А самая мелкая, не унывающая и прекрасная Виктория, нас угостила маленькими пирожками, прячась от дождя на её веранде. Я со своей ходячей проблемой сидели так стыдливо, как две провинившиеся собаки, опускали голову вниз. Хоть и не было ничего интересного на земле, которая постепенно становилась мокрой и липкой, ведь казалось, что подошва и без того старых кроссовок буквально пыталась прилипнуть к обуви. Но смотреть на девочек, безвольно дрожащих от нарастающего холода, спасших нас от ледяного дождя, было выше моих сил.
Сгинущих сил.
Больше я не ощущала себя властной, имеющей силу править той ситуацией. Казалось, что из меня выжали все соки. И, наконец, чувство бездны и опустошения встретили меня вновь, как старого, но давно ожидаемого гостя.

Домой я шла в трансе. Вы все в троем довели меня без приключений. И даже ты, моя проблема, всё держалась рядом и маленько мне улыбалась. Она всегда так улыбалась, когда мнимо говорила, что не обижается и не держит зла. Я не выражала протеста идти с ней, хоть и в глубине души, может, и хотелось оттолкнуть от себя и убежать в виду своего ухудшегося состояния.

｡･:*:･ﾟ'☆

Теперь дождь мне казался недосягаемым, ведь он больше не мог до меня докоснуться. Сидеть на промёрзлой кровати, полностью окунувшись в свой единственный плед, привезенный из дальних краёв, было единственным моим утешением. Капли всё также, как и в прошлый день барабанили по моему стеклу с новой силой. Они вовсе и не собирались останавливаться, будто начинались те дни, которые наконец-то затопят это чужое, всем забытое место. Где я жила временно. От этого так и становилось больно в груди, что мне всячески хотелось упасть лицом в мятую простынь, наплевав на то, что придётся выбраться из тёплого одеяла. И до конца замёрзнуть в жутко холодной и тёмной комнате с полуоткрытой форточкой, которую по глупости забыла закрыть.
Из моих глаз полились обжигающие моё лицо слёзы. Появилась резкая боль в районе живота, будто пронзая мой желудок иголками насквозь, не давая мне хоть шанс на передышку. Я не могла остановиться, дышать ровно. Я будто начинала задыхаться, заглатывая солёные слёзы в полуоткрытый рот, пытаясь вздохнуть ровно. Но не получалось. Не получалось ровным счётом ничего. Мне пришлось сильно ударить себя по животу, думая, что таким образом, я смогу несколько секунд не чувствовать жжения внутри. Но моя голова всё-таки коснулась простыни, ведь больше не было никаких сил держаться и смотреть и так на ухудшающееся погоду. Где-то за деревьями проблестела молния, словно резкая белая стрела, желавшая вонзиться в голую землю. Но смогла вонзиться только в моё сердце. Уже в разбитое сердце. Такую горечь я очень давно не ощущала, поэтому, не зная, как дальше себя вести, просто захлёбывалась в своей жалости и никчёмности, в самых ужасных и родных чувствах.
Чёртова погода, которая становилась ещё устрашающей и мерзкой. Чёртовы кроссовки, решившие по пути домой, промокнуть полностью, не оставивший на себе сухого места. Чёртова подруга, создавшая столько проблем.. Да чтоб всё пошло к чёрту! Мысли о ссоре только добивали меня, а мне всё сильнее и сильнее хотелось кричать, орать, чтобы все услышали. Но они не стали бы мне помогать. А просто тихо постояли бы около моей двери, чтоб было слышно её скрип при ветре. Чтобы не кричали что-то взамен...

Но что-то взаде меня пискнуло. И звук был очень громкий, но настолько знакомый, что я начала постепенно закрывать руками лицо, в попытках успокоиться. Хоть немного.. Привстав на локтях, мои глаза устремили взор на подушку, ведь где-то там был мой нарушитель тревожности. Выпрямив спину, я всё же наткнулась на телефон, мирно лежащий почти под самым одеялом. В порывах ещё больших истерик, мне бы не удалось услышать даже телефонный звонок, не то что сообщение.
И сообщение то не было каким-то обычным или предупреждающих о чем-то, в пример плохой погоды или новостей. А от человека, который внезапно решил вспомнить меня, под внезапный грохот на улице.

Пришло сообщение от
«✨❤Дашик❤✨».

(Дану.. Неужели она?)

✨❤Дашик✨❤

-Привет, милая, ты в порядке?

(Этот вопрос началменя постепенно волновать. Вроде бы, мненебылосложногоей рассказать правду, ноогромныйком образовался уменявгорле, отдаваясьбольюприглотании.)

-Привет, Дашь, всё хорошо:). Не переживай).

(Сомнойвсётакиоставаласьпустота, котораяпригреломоё сердце, успокоившись. Мнехватилоодногоглубокогодыхания, чтобы резко пришло осознание происходящего.)

-Ну хорошо, Алин. Спокойной ночи тогда).

-Да, спокойной, Даш).

И я перестала так трястись, как несколько минут раннее. Блять.. Как же всё сложно. Мой поступок был не самым лучшим, но получилось, что получилось. Я сглотнула, сморщившись, но, что поделать. Буду пытаться оставаться
спокойной.

｡･:*:･ﾟ'☆

Гнусные дни закончились. Наконец вышло солнце, будто извиняясь за долгую задержку, пытаясь загладить вину своим теплом. Я была настолько рада такому подарку от неба, что оделась достаточно открыто, но все интересные места закрывались лёгкой тканью. Возможно, многие глядели на меня с любопытством или призрением, ведь сегодня я шла в обычной белой майке и пышными шортами, которые многие бы не смогли бы себе позволить. Но мне плевать. Главное меня ждёт впереди, а именно встреча с любимыми подружками.

Встреча произошла довольно быстро и так, как я и ожидала. Мы встретились прямо на перекрёстке, на проезжей части, не боясь, что нас могут задавить машины, ежели не услышим. Как же я их давно не видела.. Так по всем троим скучала. Таких крепких и приятных обнимашек, чувствуя от своих друзей, мне подарили именно в этот момент. Оглядевшись на лохматую девчонку, мне невольно захотелось остановить на ней взгляд. Её взъерошенная причёска всегда меня будоражила. Обычно по-разному, но в большей степени только чтобы упрекнуть за неправильный вид. Так, как умеют друзья. По дружески же, да? Так все же делали? Тогда почему я не чувствую той детской брезгливости, а только мирное удовлетворение? Что же со мной поменялось в те дождливые дни?...
Правда, не долго мы были в долгожданной тишине...

-Еее! Танька, держи меня!-
И с этими словами, Вика набросилась на спину той самой лохматой девочки, которую мне пришлось отпустить.
-Блять, Вика! Отпусти меня!

Викинги Дед, такие они имели у меня прозвища, так смешно крутились на одном месте, что невольно Даша начала смеяться. И ситуация ведь, правда, смешная, но вот только мне было не до смеха.
И почему?.. Я всегда любила смотреть, как малая бросалась на Татьяну и та весело начинала приставать к ней. В такие моменты мне всё чаще не удавалось сдерживать смешинку. Вика по-своему любила подругу, но всё же у неё проскакивало какое-то садическое настроение, которое она могла с лёгкостью использовать на людях. Но больше на неопрятную девчонку, на которую я случайно посмотрела чуть дольше положенного..
И из-за этого у нас не было плохих отношений, вовсе нет. Было дело, когда я иногда проявляла милость и помогала ей выбраться из крепких лап малой. Но именно сегодня мне очень хотелось отдёрнуть Вику и притянуть дедак себе. Больше чтобы никому не отдавать. Но я сдерживалась. Так не положено. Меня неправильно поймут, как и собственно жертва тоже. А другого выбора не было. Просто стоять с никаким лицом и наблюдать на радость девочек.
Вновь моё настроение резко упало, как и в те злополучные дни во время дождя, во время ссоры..

-Алин, ты точно в порядке? Ты какая-то молчаливая сегодня).- я услышала прямо над моим ухом приятный и взволнованный голос Даши, которая мягко меня приобняла за плечи, так же мило улыбаясь. Мне показалось, что у неё улыбка стала более смущённой, а румяна слегка покраснели?..

-Нет, нет.. Всё пучком, милая моя). Ты не представляешь как всё же мне сейчас радостно видеть вас со мной).- притворно посмеялась я, обнимая её в ответ за талию, о чём она сразу же захихикала.
Это был настоящий искренний смех, который я могла ещё от неё услышать, зная её тайную натуру.

Не то что мой, надрывной и неровный, как мои исхудавшие нервы в последнее время.

Но всё же мне было приятно, что она увидела во мне тихую тревогу. За это я её и люблю. На душе становится более спокойнее и хочется улыбаться больше. К слову, я так и сделала и завела обычный диалог, уже не имеющий никакого отношения к моим проблемам, так как не они важны. Всё пройдёт и жить потом будет легче.

Но сколько бы я себя не подбадривала всё это время, мой взгляд всё равно возвращался к сине-голубым глазам, как теплое озеро вдали от деревни. И, возможно, мне всё опять показалось, как и с Дашей, но эти глаза слишком уж реалистично поблекли и, несвойственно им, мимолётно с печалью взглянули в ответ. Не хотелось тешиться пустым надеждам, поэтому я не приняла этому особого значения. Думала, мне всё же показалось.

｡･:*:･ﾟ'☆

Возвращаясь домой, мне не стало лучше. К сожалению ли или к несчастью, это я не знала, да и знать не хотела. По крайней мере тогда. Тогда, когда я ничего не хотела знать, а просто продолжать вариться в своём болоте, находясь где-то в атмосфере того дождливого дня.
И в какой-то степени мне это придавало сил жить. Быть благодарной ко всему, что происходило, ведь страдания по человеку - моё второе имя.

Тогда, садясь горизонтально на холодную лавку у моего дома, я располагала свои ноги по всей длине своего тела и поднимала голову к небу. Безжизненно смотрела на темнеющие облака и думала: «почему всё так?»

Собственно, в такие моменты происходили нервные срывы, но почему-то тогда мне было абсолютно безразлично. Сердце не болело, голова не трещала, руки не тряслись. Было даже хорошо, когда ветер направлялся в сторону лица, словно оглаживая его, очищая от всей грязи и дури.
И я даже легко улыбалась. Но только когда додумалась включить музыку. И с ней становилось лучше.
Хоть на душе всё ещё было скверно, но на улице с неспешно прекрасными, мерцающими звёздами, было приятно.

Отдых от удушья слёз и паники наконец пришёл.

｡･:*:･ﾟ'☆

И вчера, сидя на том самом пледе под ненавязчивой крышей дерева, мы с девочками находились на стадионе. Многие дети и спортсмены играли в футбол, как мы просто наблюдатели, то ли смеялись над ними, то ли молчали. Правда, самое интересное только начиналось. Не зря же я и мелкая через половину посёлка тащили свои велосипеды.

Я предложила девочкам покататься, на что не все согласились. Да даже мелкая была против, что очень меня удивила. Но зато, кто бы мог подумать, рада была Таня, которой только в кайф вся движуха.
В принципе, я догадывалась, что девчонки не очень-то спортивные (хоть я и сама спортом особо серьёзно не занималась) и я даже хотела их пожурить за это, но меня отвлёк от созерцания ленивых смех "Деда". Она, уже усевшись на Викин велосипед, отчего-то хихикала и, поворачиваясь ко мне, что-то хотела сказать. Но ничего конкретного не произнесла, так как смеялась громче, чем говорила.

Мне хватило лишь посмотреть на её прекрасные сине-голубые глаза, где отражалась такое веселье и радость, что мне даже и не снилось. Они и успокаивали, и смешили. И тогда они мне настроение подняли. Но чувство неправильности было большее. Чувство, что я ощущаю это умиротворение неправильное. Не мне суждено это ощущать, ну не мне. Ни сейчас, ни в дальнейшем.

С каждой минутой приходило странное осознание, что я не особо следила за дорогой впереди, ведь мой взгляд всегда возвращался к ней. И я с вызовом с собой не отрывалась от неё, рассматривая красивое летнее озеро, переливающимися сбликами солнца. Руки сильнее сжимались на руле, когда я опять проиграла, опять остановившись на её губах.
Это было нечестно.

Она что-то мне рассказывала, иногда размахивая руками, на что я реагировала с улыбкой. Когда та начинала кричать на весь стадион в вес своей наигранной возмутительности, я уже открыто смеялась. Нумилаяона, милая. И хорошо, что "дед"поехала со мной. Вряд ли я бы получила столько положительных эмоций, если каталась с кем-нибудь другим.

Но мои ноги всё время ускорялись, дабы слегка отдалиться от подруги. И на этот раз это ощущение не было подсознательным и нерешаемым. Я невзначай обгоняла её, но себя не останавливала.
Я вдруг почувствовала внутри такую боль в районе сердца, сильно увеличиваясь, если непроизвольно начинала смеяться над очередной шуткой сзади или оглядываться на неё. В конечном итоге, я потеряла управление. Пытаясь остановиться, мне получилось просто вывалится из сиденья на траву, никак не повредив свои конечности.

И такое вроде со всеми случается, каждого преследуют такие незначительные несчастья. Главное, чтобы получилось вылезти из проблемы, не покалечившись. Я должна радоваться. Но у меня всё это время болело сердце. И нет, я не страдаю сердечными заболеваниями. Мука была другой, болеегорестной.

Я вдруг поняла... чтохочуеёпоцеловать.

Но у меня нет ни единого шанса это сделать.

И уже из-за этой проблемы, находясь по шею в том самом голубо-синем болоте, выбраться мне не было возможности.

Но не мне сдаваться. Зная, что оставаться на месте и сидеть сложа руки не стоило долго, я пыталась встать. Девочки не должны волноваться, а я не должна показывать свою боль, которая скоро в любом случае пройдёт и оставит после этого выжженный пепел. Но как не странно, за меня и так всё решили как ко мне подошли.
Она остановила меня прикосновением руки и села со мной рядом. Подруга облокотилась на моё плечо и плавно повернула голову на меня. Она нечитаемым взглядом прелестных голубых глаз смотрела прямо в душу, выискивая ответ прямо там, в глубине.

-Да со мной всё в порядке, не переживай так. Иди лучше девочек позови, пусть сами покатаются теперь.

Но Татьяна не двигалась, всё также прижимаясь плечом к моему плечу. Она задумчивым взглядом посмотрела вдаль, примерно там, где должны были отсиживать девки, но других действий от неё не последовало. Я всё за ней наблюдала и не могла понять, чтооназа человек такой. О чём она думает, что решает в своей голове, когда тихо и незаметно гладит траву под своими пальцами. Она опустила взгляд вниз и улыбнулась так ярко, как я бы никогда не смогла. Онаискренна, всёвеёдвижениях кричит о счастье и радости в глазах. Девочка смеялась, глядя на меня, и приобняла меня рукой за второе плечо. Её речь непонятна, но подруга пытается сказать что-то, что объяснит своё поведение, но это же она.
Она успокаивается небыстро, но довольно резко. Она что-то рассказывает, смеётся, видимо, то, что вспомнила. Вставляет свои гениальные шутки и глядит на меня блестящими глазами. Мнетакони нравятся...

Положив на моё плечо голову, Таня смотрела на наши скрещенные ноги и всё-таки ответила на мою просьбу, о которой я в то время на пятнадцать минут забыла. А потом вспомнила с неожиданной болью в сердце.

-С тобой безних веселее, но, если ты хочешь, давай я за ними схожу.

И она встала.

｡･:*:･ﾟ'☆

Сегодня вечером мы также вместе сидели. Но не на том стадионе и никто нас больше не ждал на пледе. На этот раз мы сидели на моей лавочке, наблюдая за вечерним небом. Не так темно было, хотя закат уже вот вот закончился, оставляя для себя место звездам, что аккуратно, вместо солнца, освещали голубо-фиолетовое небо. Я обнимала Дедаодной рукой, прижимая её трясущиеся тело к себе. Она не говорила, почему начала трястись после того, как мы сели на скамейку, но предложение взять мою кофту отвергала. Я не спрашивала о её самочувствии, но та бы в любом случае ответила бы, что ничего не беспокоит, покаярядом. Хах, в последнее время она щедра на комплименты ко мне. Меня, правда, всё равно беспокоило то, что они, скорее всего, ничего не значили.. Кстати, почему. С чего это я должна была переживать об этом? Мы же друзья и это не так уж и криминально, что подруга не так часто флиртует со мной. В некоторой дружбе девочки могли друг друга вообще оскорблять, чего уж там подкаты. Поэтому чего я расстраиваюсь. Это странно, прекрати, Алин.

Мы редко оставались наедине, когда вокруг нас были Даша и Вика, которые не давали и просто посидеть в тишине. Мне, кстати, это плюсом вышло, ведь я больше не задумывалась о прошлом дне, о странном желании и о неудачном падении. Но сидя здесь, далеко от того места, рядом с ней, воспоминания потихоньку возвращались.
Но благодаря не молчаливой черте моей подруги, она тихо, но начала свой монолог.

-Знаешь, я не воспринимаю себя всерьёз человеком, девушкой. Моя жизнь не приносит мне красок, кроме дней, когда я могу быть с вами, но это так мало. Время проходит быстро и я скоро потеряю вас на целый учебный год. Буду учиться в неприятной для меня школе и с печалью вспоминать об этом лете. Ты бы знала, как мне это тяжело даётся. Когда провожаю вас на последний автобус, будто в последний раз. Мне всё кажется, что Вика может взять и передумать, остаться жить в своей Москве и больше сюда не вернуться. Даша... Хоть вроде и точно вернётся, но ты знаешь, как мне трудно выловить её, словно она не желает со мной встречаться, если на виду нет ни тебя, ни Вики.. А ты, ты больше дляменя значишь. Я правда буду скучать по вам, даже по Викингу, которая только и издевается надо мной. Да, неприятно, но она же не со зла, правда ведь? Эх... Вот бы продлить это лето на подольше.

Я смотрела на неё с нахмуренным видом, но в ответ мне нечего было сказать. Она была права, это лето скоро закончится и мы все разойдёмся, будто никогда и не встречались. Жаль, что Таня правда об этом задумывается. Не время просто тухнуть, когда целый месяц остался до конца.. Ладно, это не так позитивно вышло, признаю, но всё же. Так любопытно на неё взглянуть под другим взглядом.
Зная деда, она всегда радуется чему-то своему, показывая и раздавая своё счастье другим, кого считает своим близким человеком, которые могут с ней всё это разделить. Она не обижается, если её желание никто всерьёз не примет, но и не расстраивается, оставаясь для подруг самымсветлымсолнышком. Это я в ней любила. И люблю до сих пор. Интересно, уважает ли она во мне моё признание к ней?
Но сейчас, именно в это время, онадругая. Более тихая и задумчивая, философски рассуждая о жизненном бытие и это привлекало. Она больше не старалась ни для кого быть смешной, не прыгала из своих штанов, чтобы понравиться кому-то, а просто спокойно со мной сидела. Не знаю, часто ли она с кем-то так проводит свои вечера, но мне бы хотелось, чтобы я была для неё единственным успокоением. Да, лицемерно, но тогда мне этого хотелось.

-Но мы в любом случае встретимся следующим летом и опять будем веселиться вместе, как и раньше. Жить ради этого ведь ценно, не так ли?

Она улыбнулась краешками губ, но больше ничего не добавила. Вечер всё чернел, набирая свои обороты, а Таня всё грелась об меня, не подавая признаков на любое неловкое движение. И это заставляло меня на неё залипнуть. Её красота в темноте будто светилась, давая вспомнить, что она всё ещё лучик в моих руках. Что можно легко обжечься. Что нужно быть осторожнее. Но я всё также обнимала, разглядывая на ней помятую клетчатую рубашку, такую же, как у меня, только другим цветом. Её красивые волосы, которые хотелось вдохнуть всем сердцем, ощутить на себе её аромат шампуня или просто приятный запах.
Мне было хорошо с ней. Я очень ценю тот вечер, когда мы были вместе. Было бы здорово, если она тоже была благодарна мне, где мы тихо беседовали практически во мгле, что единственное придавало небольшому свету, так это старый фонарь за моим гаражом, что ели освещал всю нашу улицу.

В тот вечер я позволила себе многое. Я подумала о своей подруге в другом ключе, о котором раньше даже не давала и шанса мельком представить. Она изменила моё мнение, в чём та не участвовала физически. Лишь духовно. То желание о поцелуе не было греховном. Скорее всего это наоборот станет грехом, если я никогда не осмелюсь этого предложить. Даже показалось, что она бы могла позволить мне это, без совести мне ярко улыбнуться, как умеет только она.

Но я лишь похлопала её по плечам, вполголоса сказав ей о поздней ночи, и проводив аж до конца улицы, прямо у того самого перекрёстка, где ещё неделю назад я посмотрела на неё чуть дольше и совершенно по-другому.
Обнимались мы ещё дольше и это подкрепляло моё безумство предложения поцеловаться сейчас. Но, держа себя в руках, мы друг друга отпустили. Она ушла, а я всё ещё вглядывалась в пустые и прохладные улицы, где ещё прослеживались её следы на песке.

Моих чувств больше не осталось, лишь дымка внутри моего сердца после продолжительных бурь. Таня, не понимая этого, сама мне помогла утешиться в своих истериках. Мне всё сильнее нравится это ощущать, но только она в силах дать мне шанс на спокойствие. Ты же подаришь мне блеск своей души, да, Тань?

｡･:*:･ﾟ'☆