14

После дневного сна всегда болит голова. Если есть силы не спать днем, не нужно ложиться. У Вити сил не было. Бессонная ночь, неоднократно заданный вопрос «Что я делаю не так?», попытки объяснить поступок Оксаны, захлестнувшая его паника о судьбе матери, бабушки, а теперь ещё и Кости — всё это вымотало Витю полностью и он около одиннадцати утра с телефоном в руках заснул. Разбудила его вибрация телефона и пока не заиграла мелодия, он быстро ответил на звонок. Услышав знакомый голос в трубке, Виктор резко поднялся на один локоть и сел, ведь наконец-то объявился друг.

— Костя! — радостно крикнул Витя, — ты где пропал? Извини меня, я переборщил, не обижайся. Давай по пиву сегодня? У меня такая жесть в жизни, — выпалил он.

— Витёк, — рывком произнёс друг, — Все наши представления о жизни ошибочны! — воскликнул он вместо ответа на предложение, — Мы зря копим материальные блага и удовлетворяем потребности туловища, слышишь? — спросил Костя и не дождавшись ответа, продолжил восклицать. — Тело — наказание для духа, ограничитель нашей истинной энергии! Мы должны освободиться как можно скорее и жить вечно!

Виктор испуганно молчал, ожидая завершения монолога. В голове всплыли слова Геннадия, что сектантов накачивают наркотиками и превращают в фанатиков. Неужели... Неужели, правда? Витя зажмурился, а Костя продолжал ликовать:

— Витя, чудик ты мой родной, ты же был так близок к истине всю свою жизнь! Но те миры, что ты видел — ничто! Маленький пшик в сравнении с миром Учителя. Мы отправимся туда и будем жить вечно! Станем энергией, бороздящей просторы без цели и нужды! Мы станем звёздами, слышишь?!

— Ты дома? Я сейчас буду. — Витя вскочил с кровати и начал одной рукой натягивать джинсы.

— Нет, нет! — блаженно ответил Костя, — Учитель сказал, что я должен быть с ним пока ты нам не поможешь.

Виктор замер. И он туда же.

— О какой помощи идёт речь? — серьезно спросил он, но друг продолжил игнорировать прямые вопросы.

— Ты представляешь какая это честь? Ты..., — с долей отвращения сказал Костя, — тот, кто всю жизнь бегает от самого себя, сейчас можешь помочь самому Учителю!

Отношение к другу, судя по интонациям в словах Кости, скакало от презрения до тёплых дружеских чувств. Глаза у Вити стали влажными, видимо, от нестабильного режима сна. Он потёр их указательным и большим пальцами и хотел узнать где всё-таки находится друг и как он должен «им» помочь. Не думал он, что втянет каким-то образом Костика в неприятности. Хотя не ясно ещё кто кого куда втягивает.

— Ты где? Я приеду.