Красное приглашение
АВРОРА
Аплодисменты всё ещё звенели в голове, когда я спустилась со сцены. Воздух был густым от ароматов духов, света прожекторов и усталости. Цветы, которые я всё ещё держала, начали терять запах — как будто их жизнь закончилась вместе с моим танцем.
Ночь была тёплой, с лёгким запахом весеннего дождя.
Когда я вернулась домой, сняла туфли и упала на кровать, всё внутри меня дрожало. Не от усталости — от решения.
Через три дня я уеду.
Нью-Йорк.
Новое имя. Новая жизнь. Без отца. Без страха. Без сцены, где каждый мой шаг принадлежит кому-то другому.
На туалетном столике уже лежали билеты, документы и немного наличных. Всё было спланировано до мелочей.
Я продумала каждый маршрут, каждое имя, каждую улицу, куда мне нужно попасть.
Даже жильё нашла — маленькую комнату при школе танцев, где я смогу преподавать детям.
Я знала, отец не отпустит.
Он уже выбрал для меня «жениха» — партнёра, выгодного для его дел, взрослого, холодного человека, к которому я ничего не чувствовала.
Он сказал, что это — мой долг. Что брак — часть сделки.
Но я не вещь.
И не трофей.
Я посмотрела в зеркало — на отражение девушки с распущенными волосами, усталым лицом и глазами, в которых впервые появилось не отчаяние, а решимость.
— Осталось три дня, — прошептала я себе. — Три дня, и всё закончится.
——————
Утро началось с настойчивого стука.
Кто-то из соседей не выдержал и закричал через дверь:
— Аврора, ты там? Выйди, пожалуйста!
Я, ещё не до конца проснувшись, натянула халат и открыла дверь.
И застыла.
Весь коридор был завален цветами.
Розы, лилии, орхидеи - десятки букетов, будто весь город решил проститься со мной.
На каждом — маленькая карточка, и на всех было написано одно и то же:
«Для Авроры Хартвелл».
Сосед, пожилой мистер Грейсон, стоял рядом, помогая отодвинуть часть букетов, чтобы я хотя бы могла сделать шаг.
— Никогда такого не видел, — пробормотал он. — Словно праздник какой-то.
Я неловко улыбнулась, но сердце сжалось.
Я еле справилась с цветами.
Каждый букет был тяжёлым, пахнущим слишком сильно — аромат смешался, будто сам воздух в квартире стал густым, сладким, липким.
Плечи ныли, руки дрожали, но я всё же затащила их внутрь.
Коридор теперь напоминал оранжерею, где не хватало только света и воздуха.
Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной, выдохнула.
Тишина. Только стук сердца — глухой, быстрый.
И вдруг — снова стук.
Тот же ритм, тот же настойчивый, ровный звук.
Я открыла дверь —
и там не было никого.
Лишь красная карточка, аккуратно положенная на пороге.
На ней — приглашение.