7 глава - Ночь вместе

Дождь хлестал по телу Цзянь Шу.

Кровь из ран на щеках и шее смешивалась с дождевой водой и впитывалась в землю.

Сзади раздавались крики, похожие на голос мужчины, который открыл дверь. Среди них слышался голос Дяди Чу, но Цзянь Шу даже не осмелился обернуться, боясь, что кто-то из них опомнится и схватит его.

Со связанными руками он не мог бежать быстро. Поднимаясь по ступенькам, он споткнулся и, не имея возможности опереться на руки, покатился вниз.

ㅡ Уф! ㅡ Локти и колени сильно болели. Цзянь Шу стиснул зубы и поднялся с земли. Он сделал несколько шагов в комнату и с силой прижался спиной к двери.

Простояв так пару секунд, он вспомнил, что сейчас он связан и не может дать отпор. Он сделал несколько шагов к столу, опрокинул поднос и разбил тарелки. Затем, подражая сцене из телесериала, он на ощупь подобрал осколок фарфора и побежал обратно к двери. Одновременно прижимаясь спиной к двери, он пытался перерезать веревку осколком фарфора.

Его сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Если бы у него во рту не был зажат кляп, он, наверное, откусил бы себе язык от напряжения.

Внезапно вокруг стало тихо.

Хаотичные и шумные крики людей постепенно стихли, и снаружи не было слышно шагов преследователей. В комнате Цзянь Шу слышал только стук собственного сердца и непрекращающийся шум ветра и дождя за окном.

Они не вошли внутрь.

Цзянь Шу, прислонившись к двери, тяжело дышал, механически перетирая в пальцах осколок фарфора. Его мозг, замерший от страха, постепенно начал работать, быстро прокручивая в памяти произошедшие события.

Нож, давление, раны... Он чуть не умер, умер от руки Дяди Чу, который чуть не перерезал ему горло.

Горло саднило, а на щеках горело, но он не обращал внимания на боль, прильнув ухом к двери и прислушиваясь к звукам снаружи.

Действительно, никто не преследовал его.

Цзянь Шу не испытал радости от спасения, а наоборот, его охватило беспокойство. Он не понимал, как оказался в тупике. Внутренние покои не были лучшим путем к спасению. Он мог бы воспользоваться суматохой и побежать наружу. Если бы ему повезло, и преследователи были бы медленнее, он мог бы уйти из Юйчэна по знакомой тропинке.

Но в тот момент он выбрал направление, которое успокаивало его.

Внутренние покои были тупиком, там не было других выходов или еды. Даже если бы он туда попал, он не смог бы спрятаться там на несколько дней. Но он все равно побежал туда.

Теперь он ничем не отличался от черепахи в кувшине.

Цзянь Шу со вздохом прислушивался к шуму снаружи.