Часть 15
Когда сон рассеивается, и я начинаю осознавать, что хорошо выспалась, медленно открываю глаза, вглядываясь в белый потолок и серые обои. Первые несколько минут привыкаю к солнечному свету и нахожу себя в чужой, совершенно незнакомой мне комнате. Ошалев от неожиданности, подскакиваю на кровати и в панике оглядываю небольшое уютное помещение.
Я на крайне мягкой двухспальной кровати, укутана в белое постельное бельё. На спинке стула у рабочего стола висит мужская одежда, а через дверь открытого шкафа-купе выглядывают рубашки, пальто и тренчи. Быстро перематываю в голове воспоминания вчерашнего дня, в частности фокусируя мысли на вечеринке, и вспоминаю гостиную, в которой мы с Луи вчера уснули — по моим скромным предположениям. Я прекрасно помню, как мы вместе засыпали на узком диване в гостиной — если совмещённую комнату можно так назвать — и Луи крепко обнимал меня, прижимая к груди.
Зейн так галантно и по-английски никогда не одевается. Значит, я попала в комнату таинственного Лиама Пейна. Совершенно не могу представить, как он отнесётся к такой гостье, как я.
Где-то в глубине квартиры затихает шум воды, чуть позже открывается дверь, и я вдруг решаю притвориться спящей. Натягиваю одеяло до подбородка и одним глазом смотрю через щель в дверях, чтобы разглядеть присутствующих в квартире. Слишком неожиданно в поле зрения появляется Томлинсон в одном лишь махровом полотенце на бёдрах и скрывается из виду. Вспыхнув, зарываюсь лицом в подушку и крепко сжимаю губы, лишь бы не улыбаться, как полная идиотка.
Замерев, одним глазом наблюдаю, сама не знаю за чем, и надеюсь увидеть подсказку для дальнейших действий. Я смущаюсь выходить, поэтому лежу тихо, предоставляя возможность парню одеться, хотя где-то в глубине теплится желание подглядеть. Оттуда больше не слышно никаких звуков, и мне становится ещё интереснее.
Скинув одеяло, помимо джинс и нижнего белья обнаруживаю на себе мужскую футболку. Опускаю босые ноги на пол и наступаю на свою бережно сложенную одежду. Первым делом хочу попасть в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок, поэтому осторожно выглядываю в гостиную и, не обнаружив Томлинсона, на носочках крадусь к двери. Как только переступаю порог ванной, за спиной слышится:
— Доброе утро Супермену.