「 036 」

♠ ♥ ♦ ♣

​Пятно на полу впитывалось в бетон. Тёмное, почти чёрное в свете неоновых ламп, оно казалось единственной реальной вещью в этом зале. Гроб унесли, крики затихли, но запах — металлический, тяжёлый запах свежей крови — завис в воздухе, смешиваясь с ароматом дешёвого варёного риса.​

Сэм вздрогнул, когда по залу эхом разнёсся металлический лязг засовов. Он огляделся по сторонам. Страх, который раньше парализовал его, теперь превратился в лихорадочную энергию. Он быстро подошёл к Тому, хватая его за плечо.

​— Эй, Том... Хьюго, Мартин, сюда! — прошептал Сэм, озираясь на группу Дугласа. — Слышите меня? В эту ночь спать нельзя. Тот, кто закроет глаза, станет следующей выплатой в ту чёртову копилку.

​Хьюго кивнул, его лицо было землистого цвета, а зубы мелко стучали о край пластиковой бутылки. Мартин просто сжал кулаки, не сводя взгляда с двери уборной, куда ушёл Дуглас.

​Том почти не слышал, что шептал Сэм. Его взгляд был прикован к Владу.

​Влад сидел на своей койке в паре метров от них. Он выглядел так, будто находился не в камере смертников, а в придорожном кафе. Он медленно, почти смакуя, допил остатки молока из своего пакета, вытер губы тыльной стороной ладони и спокойно откинулся на подушку. Влад не закрывал глаза. Он просто лежал, и Том видел, как его правая рука мёртвой хваткой сжимает рукоятку вилки. Влад не собирался объединяться. Он собирался встречать эту ночь в одиночку.

​Где-то в глубине казармы послышался звук спускаемой воды. Дуглас вышел из уборной, насвистывая какой-то рваный, фальшивый мотив. Его уход не принёс облегчения; напротив, стало ясно, что хищник просто отошёл, помечая территорию.

Пока Сэм пытался собрать вокруг себя остатки здравого смысла, Нейтан уже начал своё собственное шоу. Он медленно поднялся с койки, насвистывая ту же рваную мелодию, что и Дуглас, но в его исполнении она звучала как издевка. Слегка подтанцовывая в такт своим шагам, он направился к койке Ирис.

​— Эй, ты! — он притормозил рядом, склонив голову набок. — Красотка. Давай зажжём в эту ночь, а? Устроим приватную вечеринку, пока остальные будут пускать слюни.

​Ирис даже не дрогнула. Она сидела на своей койке, выпрямив спину, как струну. Её взгляд был направлен в пустоту, но пальцы до белизны суставов сжали металлическую вилку. В этой тишине она казалась ледяной статуей.

​Внезапно между ними вырос Тревор. Он едва держался на ногах, его колени дрожали, а лицо было бледнее простыни, но он расставил руки, закрывая собой девушку.