9 глава

Виктор
Я помню, как впервые оказался в цирке. Мне было лет восемь. Я сидел на жёстком деревянном сидении, стиснув в руках липкую от сахарной ваты палочку, и смотрел вверх — туда, где под куполом летали акробаты. Они парили, падали, скользили по воздуху, словно у них не было страха. Но главное — это не их прыжки. Главное — это зал, полный глаз, устремлённых только на них. Я тогда понял: настоящая власть — это когда тысячи людей замирают ради одного твоего движения.

С того дня я хотел быть не зрителем, а тем, кто держит дыхание толпы в своих руках.

Теперь у меня получилось.

Годы тренировок, бессонные ночи в зале, растянутая кожа, сожжённые мышцы — всё ради того, чтобы моё тело стало инструментом. Я изучал каждую мышцу, каждое движение. Я ломал себя и собирал заново, шлифуя и вырезая из плоти идеал. И всё ради того, чтобы однажды она увидела меня именно таким.

Сегодня Селеста в зале. Она не знает, что я здесь ради неё. Что всё это — представление не для сотен, а для одной.

Когда я поднимаюсь под купол, я сразу нахожу её в толпе. Свет прожекторов режет глаза, но её силуэт я узнаю безошибочно. Сердце стучит в унисон с барабанами, но я спокоен. Ведь она смотрит. Только она.

Каждый мой прыжок — для неё. Каждое движение — вызов. Видишь, Селеста? Я — не Леон. Я — тот, кто умеет летать.

А когда я ловлю верёвку в последний миг и зал взрывается аплодисментами, я чувствую — её глаза прикованы ко мне. И мне этого достаточно.

Потом будет встреча у выхода. Я «случайно» окажусь рядом, протяну ей руку, будто старый друг. Мягкое прикосновение, чуть дольше, чем нужно. Она не отдёрнет руку. Она ещё не понимает, что уже попала в мои сети.