15 часть.

Лиса застонала и попыталась перевернуться на другой бок, но тело не слушалось. Голова была чугунной, во рту пересохло, будто она жевала песок, а веки не поднимались. Она лежала, придавленная одеялом, подушкой и чувством неясной катастрофы.

Где-то за стеной капала вода. Тикали часы. Пахло табаком, чаем и чем-то чужим.

Лиса открыла глаза.

Потолок. Белёный, в мелких трещинах, с жёлтым пятном в углу. Плакат «Кино» на стене. Цой с гитарой, чёрно-белый. Стопка кассет на полу - «Аквариум», «Наутилус», ещё какой-то самописный вкладыш. Кроссовки. Учебник по электротехнике с загнутыми уголками. Всё чужое.

Она села - слишком резко. В висках застучало, желудок подпрыгнул к горлу, комната поплыла. Лиса зажмурилась, переждала волну тошноты, потом медленно опустила взгляд на себя.

Футболка. Чёрная. С логотипом «Кино». Велика на два размера - рукава до локтей, ворот сползает с плеча. Спортивные штаны. Завязки на поясе затянуты потуже - явно не её работа. Кто-то надел на неё это.

Лиса замерла. Вдох. Выдох. Так. Спокойно.

Она помнила дискотеку. Водку. Музыку. Помнила Турбо - он вытащил её на улицу, прислонил к стене, что-то спрашивал. Потом она... рассказывала ему сказку. Господи.

После - провал. Темнота.

И вот она здесь. В его комнате. В его одежде. И он её... переодел?

Лиса сжала челюсти. Ярость поднялась мгновенно - горячая, отрезвляющая, смывающая остатки похмелья. Она огляделась. На стуле висело её красное платье - аккуратно, на плечиках, как в дорогом ателье. На тумбочке стояла кружка с остывшим чаем. На полу - кроссовки, поставленные ровно.

Дверь скрипнула.

На пороге появился Турбо. Взъерошенный, в домашней футболке и трениках, с кружкой в руке. Лицо заспанное, но довольное. Слишком довольное. Уголок рта подрагивал в намёке на улыбку.

- Проснулась, Шахерезада?

Лиса молча схватила подушку и швырнула в него. Турбо едва успел пригнуться - кружка качнулась, чай плеснулся через край на пол.

- Эй! Ты чего?!

- Ты меня переодел?! - закричала она, и голос сорвался на хрип.

Она схватила вторую подушку - с дивана - и запустила следом. На этот раз попала в плечо.

- Да погоди ты! - он выставил перед собой свободную руку, прикрываясь, как щитом. - Это не я! Честное слово!

- А кто?! - она села на диване, сжимая в руках край одеяла. - Кто на меня эту футболку надел?! Ты! Больше некому!

- Мама!

Лиса замерла с занесённой для броска диванной подушкой - маленькой, квадратной, в выцветшем пододеяльнике.

- Что?