Любимое лакомство
-Что? – негодование Форест сменилось сильным гневом, и она была готова рвать и метать. Девушка подскочила с мягкого дивана, который был расположен все в том же кабинете участка Ливингстона.
-Он не знает, что ты, - Гарри запнулся, ведь терпение Форест уже было на грани. Она его точно сегодня убьет, - Вы, - поправил он, и лицо девушки тут же изменилось, - в Лондоне. Если мы хотим прихлопнуть его, то мы должны сообщить, что вы здесь.
-Гарри, черт возьми, пока мы с тобой одни, разговаривай со мной, как человек, - нервно говорит девушка и садится обратно на диван, расправляя свое черное платье с зелеными вырезками.
-А кто говорил о грани? – с издевкой спрашивает Гарри и снимает свой синий пиджак, оставаясь в небесно-голубой рубашке.
-Мне очень неловко общаться со старым другом вот так, к тому же, я на взводе со вчерашнего вечера, - проговорила девушка и
принялась водить пальцами у висков, видимо, унять боль, - давай продолжим разговор, когда зайдут эти двое.
Ливингстон согласился и тут же принялся искать что-то в ящике. Ему было тяжело смотреть на девушку, ведь вчера у неё случился приступ. По словам Кроссмена, она сидела вся бледная и зажмуренная. Еще бы. Если бы он пережил такое, вообще не покидал своего бункера.
Элизабет страдала от головной боли, которая просто её убивала. Девушка не спала спокойно уже несколько дней, все время вспоминая, что враг может оказаться жив. Вчера это подтвердилось. Конечно она еще верила в то, что это может быть кто-то другой. Здорового сна у неё не было с тех пор, как она появилась в Лондоне. Пора переходить на снотворное, иначе она даже не сможет здраво соображать и совсем сойдет с ума. Что в принципе уже началось.Мужчина, тем временем, наконец-то нашел то, что искал. Таблетки от головной боли. Из нижнего шкафчика он достал ещё целую бутылку воды и уселся рядом с Форест, надеясь, что это хоть как-то ей поможет.
Девушка с радостью и с большим удовольствием приняла от друга две таблетки и запила водой. Гарри почувствовал, что девушке нужен сейчас небольшой отдых, и поэтому молча встал и открыл закрытое окно.
Прохладный ветер тут же проник в комнату, наполняя её свежестью и кислородом до краев. Элизабет закрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Её волосы мягко спадали до талии и теперь ловили воздух, легко смещаясь, как перо на ветру. Теперь она выглядела более здоровой. Бледность ушла, а губы слегка обрели розовый оттенок. На щеках появился румянец.