- ты принадлежишь дракону, ким сынмин.

Сынмин открывает глаза, когда на дворе глубокая ночь. Голова немного кружится, заставляя закрыть глаза и тихо простонать. 

 — Черт, кафе, — в памяти всплывает сообщение от неизвестного. 

 На экране высвечивается заветное "Встретимся в десять, видимо, у тебя плохое самочувствие." и Ким выдыхает, кидая взгляд на часы, где показано, что время полдесятого. 

 Сынмин встает, движется на кухню, выпивает таблетки и спустя время чувствует облегчение. Часы говорят о том, что пора выходить, что Ким и делает. 

 Когда Сынмин входит в небольшое кафе, он замечает единственного сидящего в конце парня. 

 — Кто ты? — резко начинает Ким, даже не садясь на стул. 

 — Присядь и я все тебе расскажу. 

 — Что это за символ? — Ким поднимает взгляд на парня лет двадцати четырёх и протягивает ему черный конверт. 

 На лице парня сначала мелькает удивление, а затем виднеется страх, который тут же прячется за равнодушной ухмылкой. 

 — Парень, кто ты? 

 — Это разве важно? — Ким выгибает бровь в непонимании, ожидая ответа собеседника. 

 — От этого зависит мой ответ, — парень оглядывается и останавливает взгляд на черных настенных часах, которые говорили о том, что время уже достаточно позднее для посиделок в небольшом кафе. 

 — Я студент, работаю на полставки в одном магазине недалеко отсюда. 

 — Я понял. Я советую тебе убраться из города, если, конечно, еще не поздно. 

 — Почему? Что случилось? — в ладонь Кима ложится холодный металл, заставляя открыть глаза, которые ранее были закрыты. 

 В ладони лежит подвеска в виде дракона, выполненная в черных оттенках. 

— Ты принадлежишь Дракону, Ким Сынмин.

 Сынмин в шоке открывает глаза. Он слышал про группировку Драконов, но не мог додуматься до того, что это письмо от него. Ким дрожащими руками, хватается за чашку с чаем, заказанный его собеседником. 

 — Сынмин, дыши, ты слышишь? Сын...мин, твою мать! — Ким только собирается вставать, но отключается. Парень вовремя подхватывает его, не давая возможности упасть, — еще мне не хватало собственности Драконов, черт тебя побери, Ким Сынмин. 

 Парень получше подхватывает тело младшего и двигается к выходу, но ему перегораживают выход люди в черном. 

 — Давно не виделись, Феликс. Ли поднимает взгляд на Чанбина, отшатываясь. Феликс вертит головой, отгоняя все воспоминания, еще и Со ему не хватало. 

 — Не подходи и дай пройти. Ему надо в больницу, — как только Чанбин делает шаг вперед, слышится шепот и еле слышный всхлип, от чего у Со сжимается сердце. 

 — Не подходи, прошу, — шепчет Фел, прежде чем отшатнуться еще раз. 

 — Отдай мальчишку и уходи, пока мои ребята не приехали, — говорит Чанбин и отступает назад, давая проход Змею. 

 Ли тихо подходит, передавая тело в руки Дракону, ожидая, пока ему дадут проход. Тот почти выбегает из заведения, чувствуя, как жгут слезы, катящиеся по щекам.

Leave a Light On (Acoustic) - Tom Walker

Феликс расплывается в улыбке, когда замечает Со около универа, который стоит около машины, ожидая младшего. Со целует напористо, углубляя почти сразу же, как чужие губы касаются его губ.

— Привет, малыш. Как прошел твой день? Куда поедем? — проговаривает Со, любовно смотря на парнишку. Чанбин улыбается, когда Ли касается его руки — это как жест, который дает ему понять, что они едут к старшему, где проведут долгую, страстную, любящую ночь, а на утро Ли откроет глаза от щекочущих поцелуев в районе шеи.

Вот только, кто же знал, что сегодняшняя ночь — была их последняя ночь, проведенная вместе?

 — Ты все еще цепляешься за воспоминания? — тихий голос вырывает его из воспоминаний. Ли поднимает взгляд на Чанбина, стоящего почти рядом, — Феликс, я тогда... 

 — Ничего не надо говорить. Я этого не заслужил. Ты тогда все ясно дал понять, — Ли разворачивается и уходит, а Чанбин не смеет его остановить, тем более даже коснуться, потому что Ли Феликс — запретный плод, к которому нельзя прикасаться. Особенно Чанбину. 

 Стена рядом обсыпается, когда кулак Чанбина врезается в неё. Со рычит, но не от злости, а от безысходности, потому что сам довел до этого. Сам приказал сделать все, чтобы достать Хенджина. Даже ранить собственного парня.