14. Танкистка.
Ночью Джой проснулась не в духе. Ей внезапно приснилась Джейн, которая выглядывала из люка огромного танка, пушка которого была направлена прямо на Джой. Джейн ничего не говорила, только хмурилась, а в конце с яростным воплем «Отсоси, Джой!» выстрелила в неё бронебойным снарядом.
«Ну и бред, приснится же такое, — хмуро подумала король клана, перевернувшись на другой бок, и прикрыв глаза, попыталась успокоиться и унять стук сердца, возросший после ночного кошмара. — Наверное, танковым снарядом меня точно можно убить...»
Уснуть она так и не смогла, поэтому дождалась, когда солнце вынырнет из-за горизонта, и одевшись в спортивный костюм, отправилась на пробежку. К завтраку она вернулась, потратив достаточное количество энергии на спортивные упражнения и подзарядку местности, подальше от владений Фридриха.
Завтракала король клана за длинным столом, за который посадили всех еë детей, а роженицы пытались успокоить шебутных малышей и накормить. Джун был самым старшим, поэтому самолично принёс отцу поднос с едой и гордо поставил его перед Джой. Полезная питательная еда была не настолько изысканной, как в ресторане, но король чувствовала себя счастливой, окружившись нежными роженицами и родным потомством.
«До меня дошли слухи, что ты сказала Крис, что считаешь своим кланом только родных детей», — сказала Селеста по ментальной связи, опустившись на стул рядом с Джой.
«Я сказала это намеренно, — хмыкнула король в ответ. — Я скоро законсервируюсь, Крис должна найти себе другого партнёра на жизнь... Но я, правда, испытываю более теплые чувства к детям. Раньше у меня не было кровных родных, и не должно было быть никогда...»
«Должно быть это и есть то, что отличает Нимф от людей, — усмехнулась Селеста. — У нас сильно выражены родственные чувства».
«Мои Нимфы из того же Инкубатора, что я, — задумчиво сказала Джой. — Но я не чувствую к ним таких чувств... Может, я из другого сектора вообще?»
«Думаю, это связано с тем, что ты самец, — расхохоталась главная роженица. — Ты чувствуешь к детям привязанность, пока они маленькие. Когда вырастут, станут чужими. Так и должно быть».
«Жаль, что я не увижу, как они растут, — вздохнула король, с грустью взглянув на Джуна, который с аппетитом уплетал мясную котлету. — Твою мать, как меня угораздило вообще?..»
«Выхода вообще никакого нет?..»
«Фридрих сказал, что способ должен быть, но какой — не знает. Говорит, надо попытаться встряхнуться, но теперь это сделать будет ещё сложнее...»