Глава 9
Проснувшись утром, я увидела перед собой мускулистую спину. Мне захотелось прикоснуться к коже, ощутить человеческое тепло. Всё, что происходило между нами, было животным скотством. Я не была влюблена, но моё тело жаждало чего-то настоящего, живого. В тот миг мне захотелось обмануть себя — обнять его и представить, что человек, чью спину я сейчас вижу, связан со мной духовной силою, искренними человеческими чувствами. Моя рука замерла на полпути. Я перевернулась на спину: мне стало тошно от отчаянного самообмана.
Я собрала свои вещи с пола.
— Уже уходишь? — он смотрел на меня. Волосы взъерошены, левый глаз с трудом открывался, сопротивляясь навязчивому солнечному свету.
Как же мне НЕ хотелось с ним разговаривать. Волна самоотвращения накрыла с головой. Я хотела разрыдаться.
— Да. Спасибо за вчерашний вечер, всё было прекрасно, но я не хочу, чтобы мы виделись снова. Это последний раз.
— Посмотрим, — от его наигранной самоуверенности снова подкатило тошнота. — В прошлый раз ты тоже собиралась уйти навсегда.
— Если мы переспим ещё раз, я с радостью пожму руку твоему бессмертному эго, если, конечно, дотянусь. Слушай, я не хочу сейчас разговаривать, мне просто нужно уйти.
— Чем ты недовольна? Я привез тебя на дорогое мероприятие и обратно, относился как к королеве. Чего тебе ещё надо?
Не в силах слушать это нытьё, я вышла за дверь. Заказав такси, я умоляла себя сдержать рыдания хотя бы до дома. Улицы тянулись бесконечной вереницей, и казалось нет им конца. Увидев свой дом, я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Переступив порог, я сползла на пол. Из губ вырвался истерический вопль. Я сжала голову руками и начала раскачиваться взад-вперёд, не в силах остановить истерику.
— Ненавижу... Как же я себя ненавижу...
Годы одиночества, страданий и бесчувственной глыбы вырвались наружу одним отчаянным криком.
Я каталась по полу, как сумасшедшая, — хотя, я и была сумасшедшей. Холодный пол, колени, прижатые к груди, и монотонные движения взад-вперёд убаюкивали меня, как ребёнка в люльке.
Немного успокоившись, я доползла до кровати, взвалилась на неё и с головой укрылась одеялом. Я рыдала и рыдала снова и снова, стало трудно дышать, закружилась голова, в глазах потемнело. И я то ли заснула, то ли умерла, но волна спокойствия и безмятежности укутала мою больную душу.