шепот капель

Они добрались до своего заброшенного гаражного кооператива на окраине района. Рома 163 уже был там, он быстро притащил аптечку и воду. Напряжение понемногу спадало, сменяясь тяжелой усталостью. Через пару минут пришла Настя,она очень испугалась за нас.

Даня и Никита сидели на старом диване,о чем то разговаривая, а степа отошел внутрь гаража,к раковине чтобы смыть грязь и кровь. Руки дрожали — адреналин уходил, оставляя после себя холодную пустоту.

— Дай помогу, — раздался сзади голос Дианы.

Степан обернулся. Она стояла рядом, держа в руках перекись и вату. В тусклом свете единственной лампочки её кожа казалась фарфоровой, а глаза — прозрачными, как лед на озере.

— Сам справлюсь, — сказал Степан, отворачиваясь. Ему было неловко. Он привык быть сильным, привык, что его боятся, а тут эта девчонка видела его слабым, побитым и грязным.

— Сядь, Дунаевский. Не беси меня, — Диана надавила ему на плечи, заставляя опуститься на стул.

Она начала промывать его рану на лбу. Степан зашипел от боли, когда перекись запенилась на коже. Диана действовала сосредоточенно и очень осторожно. Её лицо было совсем рядом — он видел каждую ресничку, чувствовал её прохладное дыхание. В гараже стало подозрительно тихо, голоса друзей где-то снаружи превратились в неясный гул.

— Почему ты пошла со мной? — тихо спросил Степан, глядя на её сосредоточенное лицо. — Ты ведь меня ненавидишь. Мы же враги, Белова.

Диана на секунду замерла, её пальцы на его виске дрогнули, но она тут же вернула себе самообладание.

— Я пошла ради Скалли и Никиты— ответила она, не глядя ему в глаза. — А ты просто был инструментом. Без тебя я бы не справилась с пятерыми.

— Врешь, — Степан перехватил её руку. — Ты могла бы просто позвонить в полицию или позвать кого-то еще. Но ты пошла со мной.

Диана резко выдернула руку и посмотрела на него в упор. Её холодная маска на мгновение треснула, и в глубине зрачков Степан увидел что-то странное — то ли боль, то ли такое же одиночество, которое грызло его самого каждую ночь.

— Мы в одной банде, Степа. Хотим мы этого или нет, — она закрыла бутылочку с перекисью. — Но не надейся, что завтра в школе я буду с тобой здороваться. Ты всё еще самовлюбленный придурок, который только и умеет, что махать кулаками.

Степан усмехнулся, чувствуя, как внутри снова закипает то самое «пламя», но теперь оно не было злым. Оно было... теплым.

— А ты всё еще ледяная,Белова. Но знаешь... лед ведь тоже можно растопить.

— Попробуй, — она развернулась и вышла из гаража, оставив его в полумраке.