Глова 16
— Этого не может быть, этого не может быть.
Крики Джастина становились все более болезненными, с каждой секундой его тело дрожало сильнее, он толкнул меня со своих колен. Он нахмурился и принялся расхаживать по комнате, то ли в отчаянии, то ли в ярости – я не уверена. Я боялась спросить, что случилось.
— Как они вообще сняли это? Там был еще кто-то, кто видел это? Я не могу даже...—Джастин зажал свой рот рукой, маячась перед телевизором, на котором остановился кадр с той ночи в Аризоне. Садисткая, восторженная улыбка играла на его устрашающем лице, он крепко держал оружие, по моему телу пошли мурашки от вида, как он стоит над трупом, полностью удовлетворенный.
Я бы не выдержала, посмотри он на меня так. Схватив пульт, сильно нажала на красную кнопку, чтобы поскорее выключить это. Джастин даже не заметил: его глаза были совершенно стеклянными, он что-то бормотал самому себе. К счастью, прежде чем я бы рискнула вывести его из транса, мой дядя споткнулся возле передней двери.
Я посмотрела на время в телефоне. 22:36 – он пришел раньше, чем я ожидала. Не то чтобы я жалуюсь, потому что если бы он не пришел, не знаю, что было бы с Джастином.
— Что-то у вас слишком тихо? Что задумали? — дядя усмехнулся, бросая куртку на диван, смотря на нас обоих с подозрением. Когда никто из нас ничего не ответил, он поднял обе руки вверх в обороне.
— Я прервал вашу ругань или что?
— Нет, всё нормально, — ответил Джастин, почесывая затылок.
— Ты уверен, ребенок? Вы, кажется, немного на грани.
— Я уверен. Я просто...мне нужно...эм. Мне нужно идти, — Джастин бросился к выходу из гостиной и очень быстро обулся. Я заметила, как он морщился от боли в ранах под его одеждой. Я хотела помешать ему уехать так внезапно, позвав его по имени, но он проигнорировал меня. Громко захлопнув дверь, я вздрогнула.
Конечно, почему бы «А» не разрушить такой позитивный вечер.
— Я сказал ему что-то обидное? — спросил дядя, усаживаясь на диван с растерянным выражением лица.
— Нет, конечно нет. Он просто немного грустит, потому что не высыпается в последнее время. Не волнуйся об этом,— придумала я отмазку, надеясь, что это прозвучит убедительно. Хотя сильно сомневалась.
— Ты меня знаешь, я ни о чем не волнуюсь. Я холодный, как огурец, — он откинулся на спинку, хватая пульт от телевизора.
Блять. Диск всё еще был внутри.